Почти 100 лет прошло с тех пор, как армии крестоносцев захватили Иерусалим.
Европа стонет под гнетом репрессий и нищеты. Чернь и знать стремятся в Святую Землю в поисках богатства или спасения.
Один рыцарь возвращается домой в поисках своего сына.
Франция, 1184 год.
Своим самоубийством она отвергла Христа, и теперь будет похоронена на перекрестке дорог.
Скажите мне, в чем логика?
- Отец? - Что?
Дьявол очень практичен.
Если она была ведьмой, то она не оправдала его вложений.
- Что ты знаешь о логике? - У меня есть уши, Отец.
Хотя одно из них пробито. Потому, что я люблю правосудие.
Ты любишь воровать.
Замолчи. Давай копай.
Крестоносцы.
Освободите дорогу!
Сквайр...
Это на похороны, от моего господина. И на мессу, за упокой ее души.
Подожди... Ты что, забыл?
- Она была женой вашего брата. - Она была самоубийцей. Отруби ей голову.
И верни топор.
Вы знакомы эти места, господин?
Знакомы ли? Я знаю здесь все.
- А твой брат? Ты говорил с ним? - К чему? Он все еще под арестом.
Твой брат в ответе за грех жены, как и я.
Мнения разнятся, мой господин.
- Похороны были... ? - Да.
- Еще, вы не отрубили ей голову? - Нет.
Хорошо. Закон может зайти слишком далеко.
Слишком далеко - я спрашиваю себя "Иисус дошел бы до такого?"
В христианском мире так много сделано того, чего не одобрил бы Христос.
Отпусти своего брата. Он мне нужен.
Мой брат, господин епископ, одержим дьяволом и мы должны его испытать.
Твой брат так же безумен, как и ты. Он убит горем.
Без твоего брата я не могу закончить мою церковь. Отпусти его.
И отдай ему это, и передай, что я молюсь за него.
Ты нужен епископу.
- Освободи его. - Встань на ноги.
Мы не в раю, а на земле. И здесь приходится страдать.
Не причиняй себе вреда. Для этого сгодятся другие люди.
И как там Иерусалим? - Иерусалим?
В опасности, милорд. Как всегда.
Мы противостоим там сарацинам больше ста лет.
Сарацины, как вы их называете, уже объединили Египет, Сирию и всю Аравию.
- Сарацины и кое-кто еще. - Саладин, их король.
- Сал-адин - Тарабарщина.
- Красота. - А ты еще и не пьешь.
Я так скажу - Рыцарь должен быть рыцарем, а монах - монахом.
- Брат... - Нельзя быть обоими сразу.
Может я и старомоден, но...
а что о кубке, так у меня есть один умелец, кузнец.
Или был.
Кто из сыновей кузнеца, которого я знал теперь кузнец?
Бэйлиан, старший сын.
Его ребенок умер. Его жена впала в отчаянье, и не слышала слов разума...
Она покончила с собой.
Такое случается. А почему ты спросил?
Дела личные.
Прошло целых 26 лет с тех пор, как мой брат стал крестоносцем. И теперь он вернулся.
Новоявленным бароном царства Иерусалимского.
А что достанется младшему брату? У старшего нет наследника, так что все перейдет ко мне.
- А значит, тебе. - Тогда хвала звездам за моего дядю.
Её могила здесь. Или там?
Я боюсь, что не могу назвать точное место. Меня не было на похоронах.
Назови меня лжецом. У тебя есть причина.
Ты никогда не даешь сдачи.
А?
Ты всегда подставляешь другую щеку. Я думаю, ты считаешь себя безгрешным.
Вот это и есть грех!
Мы будем работать.
Томас, хватит. Я сказал тебе прекратить.
Дайте проехать лошадям.
Вот он. Вот он. - Это Вы кузнец?
Умелец, если верить Вашему господину и этому священнику.
Прими мое соболезнование и мои молитвы.
Сегодня я молюсь о твоей покойной жене и мертворожденном ребенке.
Нам надо подковать всех этих лошадей. И поесть. И мы заплатим.
Он согласен.
Он сделал отличные осадные орудия.
Он сделал военные машины для метания огромных камней.
Он замечательно работает с серебром.
Он будет один из немногих у вас, кто нужен больше живым, чем мертвым.
Заткнись.
- Тебе воевать приходилось? - Всадником.
- И в качестве инженера. - Против кого и за кого ты сражался?
За одного лорда против другого, по причине, которую уже не вспомнить.
Теперь игра интереснее. Один Бог против другого.
- Оплата соответствующая. - Я говорил ему об этом.
Ты все еще настаиваешь на своем совете, который дал на дороге?
Да, мой господин.
Но этот кузнец, Бэйлиан, оплакивает свою жену.
Что там написано?
"Что за человек, кто не стремится улучшить мир?"
Оставьте нас вдвоем.
Бог создал нас людьми. Мы все должны страдать.
Я тоже много потерял.
Некоторые говорят, Иерусалим - лучшее место для просьб о прощении.
Но я прошу его здесь. Сейчас.
Я знал твоего тезку.
Я знал твою мать.
Ради справедливости, я должен сказать, это было вопреки ее возражениям.
Но я был братом ее господина и у нее не было выбора.
Но насильно я ее не заставлял.
Я пришел, чтобы просить твоего прощения.
Я барон Годфри де Ибелин.
У меня сотня воинов в Иерусалиме.
Если ты пойдешь со мной, получишь заработок
и мою благодарность - вот мое предложение.
Милорд, кто бы вы ни были, мое место здесь.
Тех, кто сделали это место твоим, уже нет в живых.
Ты меня больше не увидишь. Если тебе от меня что-то нужно, проси сейчас.
Мне ничего не нужно.
Скорблю о твоих близких. Храни тебя Господь.
Иерусалим легко найти.
Иди туда, где люди говорят на итальянском и продолжай идти, пока не услышишь иную речь.
Мы едем через Мессину. Прощай.
Деревне ты не нужен.
Когда старый господин умрет, тебя выгонят.
А когда умрет епископ и того подавно.
И ты завладеешь моим имуществом.
- Церковь. - Ты.
Они бы взяли тебя с собой в Иерусалим.
Подальше от... всего этого.
Я устроил это.
Я клянусь, не видать тебе мира, пока ты будешь здесь.
Никому еще так не была нужна новая жизнь, как тебе.
Представь, твои грехи и боль будут стерты.
Все...
Если станешь крестоносцем...
сможешь облегчить участь жены в аду.
Это я мягко выразился. Она самоубийца. Она уже в аду.
Хотя, что она там делает без головы...
Ждите здесь.
Ты пришел убить меня? Даже в наше время это не просто.
Ну?
Я совершил...
убийство.
А кто не убивал?
Это правда, что в Иерусалиме я могу смыть свои грехи?
И грехи моей жены? Это правда?
Мы можем узнать это вместе.
Покажи, что с рукой.
Эй!
- Держи. Посмотрим, из чего ты сделан. - Милорд, у него ранена рука.
Я однажды два дня дрался со стрелой в яйцах.
Никогда не используй защиту снизу. Ты неплохо бьешься.
Давай поработаем над техникой.
Защита сверху, вот так.
Итальянцы зовут это "ла поста дель фальконе" - защита ястреба.
Делаешь удар сверху. Вот так.
Давай. Меч прямее.
Давай. Ногу назад. Согни колени. Меч прямее.
Защищайся.
Меч - это не только лезвие.
Нападай.
Вы позволите?
Будь внимателен.
на немецком: Раз,два,три
четыре,пять.
Что там такое?
- Дядя. - Племянник.
С вами человек по имени Бэйлиан, который убил священника, своего брата.
Я послан моим отцом и епископом, чтобы забрать его.
Он сказал правду. Они вправе забрать меня.
Я говорю, он не виновен. Если вы говорите, что виновен, будем драться.
- Бог рассудит, кто прав. - Мой немецкий друг изучает право.
Просто отдайте его мне. Мы найдем другой повод для драки.
- Дядя, он убийца. - Я тоже.
Кто бы здесь сегодня ни умер, ты точно будешь в их числе.
Вы мой дядя. Я обязан уступить вам дорогу.
На фланги.
Благодари моего брата за его любовь.
- Я сын Роджера де ... - Снимай шлем, когда говоришь со мной.
Я сын Роджера де Кормьера.
Вы можете потребовать выкуп за меня.
Это правда.
Ты сломал стрелу.
Если ребра сломаны, костный мозг может попасть в кровь,
в таком случае у тебя начнется лихорадка, и ты умрешь.
Или образуется киста, и ты выживешь.
- Твоя жизнь в руках Господа. - Дай еще вина.
Дело не в том, что они не имели права забрать тебя. Дело в том, как они попросили об этом.
Они были вправе забрать меня.
И я тоже.
Лагерь паломников - дорога в Мессину
Папа сказал, убить неверного - это не убийство. Это путь в рай.
- Куда путь держите? - В Иерусалим, брат мой.
- Какой дорогой? - Кто-нибудь знает.
Бог знает.
- Когда мы остановим это безумие? - Скоро это не будет меня волновать.
Кто это?
Мой сын.
Жаль, мы не сразились с тобой, когда ты еще мог плодить ублюдков.
Я знал твою мать, когда она делала своих.
К счастью, ты староват, чтобы быть моим.
Все встанет на свои места.
Мессина - порт в Святую Землю
Ты знаешь, что там, в Святой земле?
Новый мир.
Человек, во Франции не имевший своего дома, в Святой земле хозяин города.
А тот, кто был хозяином города, нищенствует в трущобах.
Там, на краю света,
ты не тот, кем родился, а тот, кем в силах стать.
Я надеюсь найти прощение. И только.
Кем бы ты ни был, ты член моей семьи.
А это значит, ты будешь служить царю Иерусалима.
Что может дать царю такой как я?
Мир, лучший из когда либо бывших.
Царство совести.
Царство небесное.
Сейчас среди христиан и мусульман мир.
Мы живем вместе. Или хотя бы пытаемся усилиями Саладина и царя.
Ты думал, этим закончится крестовый поход?
А так и есть.
Сын мой, только ради тебя я еще жив. Не разочаруй меня.
Захватив Святую Землю, мы завладели торговыми портами сарацинов.
Итальянские корабли перевозят шелка, специи и странников, если у них есть деньги.
И Италия становится богатой, как и предсказывал Спаситель.
- Кто эти люди? - Мусульмане.
Сарацины.
- И им разрешают молиться? - Если они платят налоги.
"Слава Господу. Славь Господа своего".
Похоже на наши молитвы.
Это вкусно.
После смерти царя в Иерусалиме не будет места друзьям мусульман,
или предателям христианства, таким, как твой отец.
Я Ги де Лузиньян.
Запомни это имя.
И меня.
Оставь себе.
Милорд...
Как же вы будете скакать верхом, если вам нечем стегать лошадь?
Однажды он станет царем Иерусалима.
Бэйлиан...
Скорей.
Дальше мне нельзя.
Встань на колени.
Будь бесстрашен перед лицом врагов твоих.
Будь, смел и прям, чтобы Господь возлюбил тебя.
Всегда говори только правду, даже если она ведет к смерти.
Защищай беспомощных и не твори зла.
В сём твоя клятва.
А это, чтобы ты помнил ее.
Встань, рыцарь и Барон де Ибелин.
Защищай царя.
Если царя не станет, защищай людей.
Милорд, пришло время исповедаться Господу, а не сыну.
Каешься ли ты в грехах своих?
Во всех, кроме одного.
Ты поплывешь в Иерусалим, как хотел твой отец.
Я последую через неделю. Путешествие может быть опасным.
Если у Господа есть там для тебя предназначенье, Он позаботится о жизни твоей.
Если нет...
Благослови тебя Бог.
Тпру.Тпру.Тпру.
Он говорит, что это его конь.
- Почему это он его? - Потому что конь на его земле.
Я взял эту лошадь у моря.
Он говорит, ты великий лжец, и он будет драться с тобой, потому что ты лжец.
- У меня нет желания биться. - Тогда отдай ему коня.
Нет.
- Тогда пусть сражается честно!
- Зачем? Почему он? Он - рыцарь. - А я Барон де Ибелин.
Он говорит, Барон де Ибелин старый. Он знавал его в Дамаске.
Я новый барон.
Стой!
Хватит!
Стой! Стой!
Ибелин, хватит!
Ибелин! Остановись!
- Ты легко отнесся к тому, что я убил твоего господина. - Настал его час.
На все воля Божья.
Теперь завершите свое дело.
Отведи меня в Иерусалим.
Отличный конь.
Возьми его и иди своей дорогой.
Конь достался вам в бою. Я ваш пленник, и раб, если захотите.
Я сам был рабом или очень близко к тому.
У меня не будет рабов, и я не потерплю их у других. Ступай.
Человек, которого вы убили, был величайшим наездником среди мусульман.
- Его звали Муммад Аль Фаис. - Я помолюсь за него.
Ваши достоинства станут известны вашим врагам еще до того как вы встретите их.
Старик, где то место, где распяли Христа?
Боже, чего ты хочешь от меня?
Как ты можешь быть в аду, когда ты в моем сердце?
- Ты должен был знать его. - Что?
У тебя меч Годфри, стало быть, ты знал его.
- Знал. - Он моего роста.
- Да. - И с зелеными глазами.
Голубыми.
Пойдем с нами...
мой господин.
Нет. Нет. Дай мне полотенце.
Дай мне полотенце. Дай мне полотенце.
Человек, во Франции не имевший своего дома,
в Святой земле хозяин города.
Стой. Ты делаешь ему больно.
Тпру.
- Где твой хозяин? - У меня нет хозяина.
Дай мне воды.
Благодарю за питье.
Если увидишь Бэйлиана, сына Годфри, скажи ему, что Сибилла была здесь.
Ну, как тебе Иерусалим?
Бог не хочет говорить со мной. Даже на холме, где умер Христос.
Нет на мне милости Божьей.
- Я этого не слышал. - Как бы то ни было, похоже...
- Я потерял свою религию. - Я не полагаюсь на религию.
Я видел, как безумства фанатиков всех вероисповеданий называли "волей Божьей".
Я видел слишком много религии в глазах слишком многих убийц.
Святость - в правых делах
и мужестве тех, кто не может защищать себя сам.
И добродетель -
которой желает Господь - она здесь и здесь.
От того, что ты делаешь каждый день, зависит хороший ты человек...
или нет.
Идем.
Царь заключил мир с Саладином шесть лет назад.
Он держит Иерусалим открытым для всех верований,
как это было при мусульманах до нашего прихода.
Те люди - тамплиеры. Они убивали арабов.
Значит, они умирают за то, что приказал им Папа Римский.
Да, но не Христос, я думаю. И не этот царь.
Ставка Главнокомандующего Иерусалима
- Кто говорит, что я устроил набег? - Вот этот свидетель...
весь Иерусалим, Святой Бог и я.
Этот свидетель, если тебе угодно его так называть, сарацин. Он лжет.
Придет день, Рейнальд де Шатийон, когда твой титул не защитит тебя.
О? И когда же?
Дай мне знать, Тайбериас, когда люди станут равны, и наступит Царство Небесное.
Те тамплиеры повешены за набег, который, я знаю, устроил ты.
Докажи это. А я пока подожду в Кераке.
Царь возьмет твой замок Керак, Рейнальд.
Попробуй взять его, Тайбериас. Я буду там.
Ты дал ему уйти? Почему?
Я не смогу защитить твои караваны пока ты не разрешишь охранять их моим воинам.
Я торгую ради денег, а не для того, чтобы оскорблять Бога связью с христианами.
- Но ты берешь золото из рук христиан. - Золото, есть золото.
Разумеется.
К господину Тайбериасу.
Мой господин.
Это правда.
Ты сын своего отца. Он был моим другом.
Я твой.
Годфри умер. В не самое подходящее время.
Идем.
На улицах кричали, что ты убил великого сирийского господина.
Сам Саладин велел сказать, что ваш поединок не нарушил мира,
что у тебя была причина.
Что тебе известно о Саладине?
Что он правитель сарацин и земель, окружающих это царство.
У него в одном Дамаске 200 тысяч воинов.
Если он захочет войны, он ее выиграет.
А новоприбывшие фанатики из Европы дают ему повод для войны ежедневно.
Такие тамплиерские ублюдки, как Рейнальд де Шатийон.
Отсюда, из этой комнаты я пытаюсь сохранить мир, насколько это возможно.
Но Саладин и царь вместе могли бы сделать лучший мир.
Даже если он продержится недолго, это все же мир.
Что говорил тебе отец про твои обязанности?
Что я должен быть хорошим рыцарем.
Я молюсь о том, чтобы в мире и Иерусалиме нашлось место для такой редкости...
как безупречный рыцарь.
Вы уже обедали?
Принцесса Сибилла Иерусалимская и ее муж, Ги де Лузиньян.
Сколько рыцарей ты привел с собой из Франции?
50.
И они поклялись в верности царю?
Разумеется, Тайбериас. Очевидно.
- Ты сидишь за моим столом? - Разве это не стол царя?
Царя? Я несколько лет не видел за ним царя.
Я не могу есть. Я очень разборчив в обществе.
Во Франции это нельзя унаследовать.
Но здесь, здесь нет цивилизованных законов.
У меня дела на востоке.
Моя жена не тоскует, когда меня нет.
Это присуще либо лучшим из жен, либо самым, самым худшим.
- Ты идешь на встречу с Рейнальдом? - Нет, мой господин. Он в немилости.
Я член этого двора.
Что общего у меня с этим смутьяном?
За самых лучших жен.
Да, будет благословен Иерусалим.
- Царь хочет тебя видеть. - Царь примет сына Годфри.
Я отведу его.
Сегодня утром я говорил не зная, кто вы.
Зато я знала, кто ты.
Тут ошибиться невозможно. Я любила твоего отца.
И я буду любить тебя тоже.
Тебе не страшно быть со мной?
Нет...
- И да.
У женщины моего ранга два лица.
Одно для всего мира, другое - для близких.
С тобой я буду только Сибиллой.
Тайбериас считает, что я непредсказуема.
Я действительно непредсказуема.
Нет. Туда.
Подойди ближе.
Я рад знакомству с сыном Годфри. Он был одним из моих лучших учителей.
Он был рядом, когда, играя с другими мальчиками, я порезал руку.
И именно он, а не лекари моего отца, заметил, что я не почувствовал боли.
Он плакал, когда принес моему отцу весть, что я болен проказой.
Сарацины говорят, эта болезнь - божья кара за гордыню нашего царства.
И несмотря на мое нынешнее состояние, арабы верят,
что наказание, которое ждет меня в аду, будет еще страшнее и дольше.
Если это так, я считаю это несправедливым.
Подойди. Садись.
- Ты играешь? - Нет.
В шахматах заключен целый мир. Любой ход может быть для тебя смертельным.
Делай, что хочешь, но помни с чего ты начал. И ты никогда не знаешь, каким будет твой конец.
Ты уже был уверен, что знаешь свой конец?
- Да. - И что тебя ждало?
Быть похороненным в 100 ярдах от места, где я родился.
- А что теперь? - Я сижу в Иерусалиме и смотрю на царя.
В возрасте 16 лет я одержал великую победу.
Тогда мне казалось, что мне предстоит жить до ста лет.
Теперь знаю, что не доживу и до 30-ти.
Нам не дано предсказать свой конец. Или чья рука приведет нас туда.
Король может двигать пешку.
Отец может указывать сыну.
Пешка также может двигаться самостоятельно и только тогда она начинает свою собственную игру.
Запомни, как бы ни играл ты, или играли тобой, ты один в ответе за свою душу.
Даже, если тобой будут играть короли или могущественные лица.
Представ перед Богом ты не сможешь сказать: "Но так мне повелели сделать другие",
или что добродетель "была неуместна в тот момент".
Этого будет недостаточно. Запомни это.
Я запомню.
- Знаешь, что это? - План укреплений.
Что ты об этом думаешь?
Ты его не одобряешь. Как бы ты его улучшил?
Крест. Или лучше звезда, вроде этой.
Тогда нападающие на одну часть крепости
окажутся под огнем другой части.
Да, мне это нравится. Твои стены значительно труднее атаковать.
Очень хорошо. Теперь отправляйся в дом своего отца в Ибелине, это теперь твой дом,
и оттуда охраняй дорогу паломников.
Защищай, в частности, иудеев и мусульман.
Иерусалим приветствует всех
не только потому, что это выгодно, но и потому, что это правильно.
Защищай беспомощных, и тогда возможно, однажды, когда я сам стану беспомощным, ты защитишь и меня.
Вот он, мой господин.
Ибелин.
"Quod sumus... hoc eritis."
"Какие мы, ... таким станешь и ты."
Ваш отец был очень важным человеком. А земли худые.
Это мне подходит.
Мой господин, у вас 1000 акров земли, 100 семей.
Христиане, евреи, мусульмане.
У вас 50 пар быков. Это бедное и пыльное место.
Чего у нас нет, так это воды.
Хорошо. Укрепите стены.
Я еду в Кану.
Где Иисус превратил воду в вино.
Труднее было бы сделать из тебя вельможу.
Это легко. Во Франции несколько ярдов шелка могут сделать человека вельможей.
- Я рассчитываю на гостеприимство. - Оно ваше.
Латиф.
Но это не прелюбодеяние. Это умывание.
Но, если бы это даже было прелюбодеяние, Заповеди не для таких людей, как мы.
Они созданы для других.
Вам принесли что-нибудь поесть?
Мне сказали подождать до возвращения хозяина.
Моя кухарка приготовит ужин, пока ты приведешь себя в порядок.
- Что? - Я вечность не видел женщину за едой.
Правда?
Я наблюдала за тобой сегодня.
Ты получил клочок грязи, и кажется, собираешься построить на нем новый Иерусалим.
Это моя земля.
Кем бы я был, если б не стремился ее улучшить?
Они стремятся слиться воедино. Одно сердце, одна мораль.
Их пророк говорит: "Покорись".
Иисус говорит...
"Решай".
А это вы решили насчет Ги?
Ги выбрала моя мать.
Мой первый муж умер еще до рождения нашего сына.
Мне было только 15.
Я видел вашего сына.
- Я могла бы остаться здесь навсегда. - Этот дом ваш.
Как ты думаешь, почему я здесь?
Я знаю, что Ибелин не по пути в Кану.
- А что еще вы знаете, милорд? - Я знаю, что вы принцесса.
- А я не лорд. - Ты рыцарь.
Ни заслужено, ни доказано.
Я здесь с тобой не от скуки и не от плохого настроения.
Я здесь потому,...
потому что на Востоке между двумя людьми
есть только свет.
Стоять!
- Рейнальд, этот караван вооружен. - Отлично. Иначе будет не интересно.
Они нас заметили.
- Давай за ними. Всадник уходит. - Кругом пустыня, ничего не случится.
Я не хочу на виселицу, пока жена не станет царицей.
Не волнуйся. Они скажут: "Это Рейнальд, кто же еще".
Во всем всегда винят меня. В Иерусалиме в это поверят.
- Скажешь, что молился в Назарете. - Ты опасный человек.
Если войны все равно не миновать, так пусть начинается скорее.
- Сколько еще может жить прокаженный? - Так хочет Бог. Так хочет Бог!
Так хочет Бог! - Иерусалим!
Это ты.
Это из Франции. Я никогда там не была.
Этот от моего брата. Этот чтобы напоминать нам о смерти.
А этот...
Я купила в тот день, когда увидела тебя.
Ты врешь.
Ги де Лузиньян и Рейнальд де Шатийон
вместе с тамплиерами напали на караван сарацин.
- Тишина! - Это был не караван.
Это был военный отряд, идущий на Вифлеем, чтобы осквернить место рождения Господа нашего.
Рейнальд и тамплиеры нарушили договор царя о мире.
Саладин придет в это царство...
Для христианина Тайбериас слишком много знает о намерениях Саладина.
Я предпочитаю жить в мире с людьми, а не убивать их -
именно поэтому ты все еще жив.
Я полагаю и этот вид Христианства имеет своих почитателей.
Нам нельзя развязывать войну с Саладином.
Она нам не нужна и мы можем ее проиграть.
Богохульство!
Армия Иисуса Христа, несущая его святой крест, непобедима.
Или Тайбериас сомневается в этом?
Быть войне. Так хочет Бог.
Так хочет Бог!
Тишина!
Саладин пересек Иордан, с ним 200 тысяч человек.
Сначала он пойдет на Керак за головой Рейнальда де Шатийона. Мой господин...
Мы должны встретить его до того, как он достигнет Керака.
Я возглавлю армию.
Милорд, если вы отправитесь в поход, вы умрете.
Пошли к Бэйлиану сказать, чтобы он защищал жителей.
- Соберите войска.
Что нас ждет?
Мир решит.
Мир всегда все решает.
Кого-то подстрелили! Кого-то подстрелили!
Милорд, царь идет на Керак.
Замок Керак. Владение Рене де Шатийона.
Конница сарацин наступает, чтобы запереть Рейнальда внутри.
Этим людям нельзя оставаться снаружи замка. Саладин наверняка нападет на них.
Cкачи в крепость сейчас же.
Гости.
Милорд Бэйлиан.
Милорд Рейнальд умоляет вас привести своих воинов в Керак.
Спасибо, но - нет. Если я уйду, эти люди погибнут.
Мы будем удерживать конницу сарацин до прибытия царя.
Да будет так.
Если мы нападем на них, то умрем.
Моя госпожа.
- На что вы смотрите? - На рыцаря.
И его людей.
Ты со мной?
Разделись!
Ваши достоинства станут известны вашим врагам еще до того как вы встретите их.
- Вы не были слугой того человека. - Нет. Он был моим слугой.
- Что нас ждет? - То, что вы заслужили.
Что посеешь, то и пожнешь.
Слышали такое, нет?
Вставайте.
Вы можете идти в Керак, но там вы погибнете.
Мой владыка здесь.
Скажи владыке Саладину, что Иерусалим прибыл.
Саладин.
Я прошу вас отвести свою конницу и оставить это дело мне.
Я прошу вас вернуться в Дамаск без потерь.
Рейнальд де Шатийон будет наказан. Я обещаю.
Отведите войска или мы все здесь погибнем.
Мы договорились?
Мы договорились.
Я пришлю вам моих лекарей.
Ассалам алейкум.
Ва алейкум ассалам.
Я Рейнальд де Шатийон!
На колени.
Ниже.
Я есть Иерусалим.
И ты, Рейнальд,
поцелуешь меня ради мира.
Стража.
- А ты на что уставился? - На покойника.
Рейнальд де Шатийон, ты арестован и приговорен.
Если ты и дальше будешь так продолжать, мне придется найти тебе применение.
- Если Господь сохранит тебя. - Господь не знает меня.
Да, зато я знаю.
Ты мне нужен в Иерусалиме.
- Ассалам алейкум. - Ва алейкум ассалам.
Почему ты отступил?
Почему?
Бог был против него. Лишь Бог определяет исход битв.
Исход битвы, конечно, определяется Богом, но также и подготовкой, численностью войск,
отсутствием болезней и наличием воды.
Нельзя вести осаду, когда у тебя враг за спиной.
Сколько побед дал Бог мусульманам до того, как я взошел на трон?
То есть, до того как Бог решил, что я должен взойти.
Немного.
Это от того, что мы были грешны.
Это от того, что вы были не готовы.
Если ты так считаешь, то тебе не долго быть царем.
Когда я не буду царем, страшно подумать, что ждет Ислам.
Спасибо, что навестил меня.
Ты обещал.
Ты обещал вернуть Иерусалим.
Не забудь об этом.
Если я не развяжу войну, не будет и мира.
Царь Иерусалима скоро умрет.
Когда он умрет, мальчик встанет во главе царства, править которым он не в силах.
Христиане сами начнут войну, которая вам нужна.
Я Рейнальд де Шатийон!
Рейнальд де Шатийон!
Я ...
Рейнальд де Шатийон!
Чем ближе смерть, тем сильнее гнетут мысли о незавершенных делах наших.
Вот почему Бог - единственное утешение перед смертью.
Побереги свою проповедь для меня.
Иди и подготовь своих людей к коронации моего племянника.
Ваша исповедь, мой господин.
Я исповедуюсь Богу, когда встречусь с Ним...
не тебе.
Теперь оставь меня.
Ты иногда грезишь, что ты моя жена.
Давай притворимся, что так оно и есть.
Я должна идти.
Мы не можем встречаться в городе.
Тогда мы покинем его.
И как будем жить? Где?
Бэйлиан, мой брат умирает.
Мой сын станет царем, а я регентом. Мне придется править за него.
И не только Иерусалимом, но и Анкарой, Ашкелоном, Бейрутом...
А Ги?
Всегда окружай своих рыцарей пехотой.
Это не твои палаты.
Однажды я стану полноправным мужем, как мне и предназначено.
А может и нет, мой дорогой.
У твоего любовника сотня рыцарей и любовь короля.
А у меня самые большие силы в царстве и поддержка тамплиеров.
Я могу действовать без покровительства короля.
Но что о твоей любови...
Тогда мы должны придти к пониманию.
Тебе нужны мои рыцари, иначе его правление будет кровавым и коротким.
Итак, мой друг, настало время завершить мои дела.
Если я оставлю армию Ги, он захватит власть и начнет войну с мусульманами.
Мы решили, что ты возьмешь на себя командование армией Иерусалима.
Будешь ли ты защищать моего племянника во время его правления?
Просите, что угодно, я все сделаю.
Нет. Выслушай всё, прежде чем ответить.
Согласен ли ты жениться на моей сестре Сибилле, если она будет свободна от Ги де Лузиньяна?
А что с Ги?
Он будет казнен.
Вместе с рыцарями, которые не присягнут тебе.
- Я не могу стать причиной их смерти. - "Просите, что угодно, я все сделаю."
Вы сказали, что король может двигать пешку.
Но что душа принадлежит человеку.
Да, я так сказал.
Примите мое сердце и мой ответ.
Да будет так.
Зачем ты защищаешь Ги? Он оскорбляет, ненавидит тебя.
Он убил бы тебя сам, если бы ему выпал шанс.
Неужели так трудно жениться на Сибилле, ради спасения этого царства?
Иерусалиму не нужен безупречный рыцарь.
Нет. Либо это царство совести.
Либо ничто.
Сибилла.
Кто ты такой, чтобы отказывать царю?
У меня будет власть, с Ги или без него.
Ги умрет по моему приказу, а не по твоему или моего брата.
Ты думаешь о Иерусалиме что-нибудь еще, кроме того, что он твой?
Тебе не удастся удержать его в мире, как удавалось твоему брату.
- Начнется война. - Мой дед завоевал Иерусалим кровью.
Я удержу его также или так, как смогу.
Я такая, какая есть. Я предлагаю тебе это.
И мир в придачу.
Ты отказываешься.
Ты думаешь, я такой же как Ги?
Что я готов продать свою душу?
Однажды ты пожалеешь, что не пошел на малое зло...
ради великого блага.
Рейнальд.
Мой господин.
Думаешь, царь и вправду хочет, чтобы ты возглавил армию после его смерти?
Думаешь, твоя жена этого хочет?
- Есть одна загвоздка. - А, да. Бэйлиан.
Я видел его в Кераке.
Как его прославляли.
Тебе нужно опасаться этой знаменитости.
Убей его.
- Что это? - Англия.
- Кто король? - Ричард, а его отцом был Генри.
- Хорошо. А это? - Франция. Я когда-нибудь увижу Францию?
Может быть однажды. Но ты должен быть царем здесь.
- Сколько здесь островов? - Один, два...
- Царь хочет видеть тебя. - Я не могу.
Я не выношу видеть его таким. Он знает об этом.
Это не означает, что я его не люблю.
Идите к нему.
О.
Здравствуй.
Мне снился сон.
Мне снилось лето, когда я победил Саладина.
Помнишь?
Мне было всего 16 лет.
- Ты был таким красивым мальчиком. - Да.
Ты всегда был красивым.
Во всем.
Моя прекрасная сестра. Я скучал по тебе.
Такая красавица.
Прости, если я когда-либо причинил тебе боль.
Запомни меня, таким, каким я был.
Я запомню.
Сибилла.
Если твои рыцари будут с моим сыном...
твоя жена останется с тобой.
Benedicimus domine.
Узрите царя и наследника трона царства Иерусалимского.
Слава! Слава! Слава!
Да здравствует царь и процветает.
Да здравствует царь!
Когда долго смотришь на огонь, сам становишься огнем.
Я проделывал это много раз.
Вот твоя религия. Одна искра и куст пылает.
Вот твой Моисей. Я не слышал его голоса.
Это не значит, что Бога нет.
- Ты любишь ее? - Да.
Сердце заживет. Твой долг защищать людей Иерусалима.
- Я отправляюсь молиться. - О чем?
О силах вынести то, что нас ждет.
И что нас ждет?
Грядет расплата за то, что было совершено 100 лет назад.
Мусульмане никогда не забудут.
И не должны забывать.
Моя госпожа, ваше письмо Саладину.
Мир должен быть сохранен, границы нетронуты, а торговые пути открыты.
А это будет мудро? Показать ваши намерения?
Лучше, конечно, заставить его гадать?
Мы сохраним мир моего брата. Подпишись.
Возьми печать.
Осторожней.
Можешь убрать печать, дорогой.
Эй!
Ходят слухи.
Мы должны пресечь их немедленно.
Назови это изменой. И казни тех, кто распускает их.
Слухи улягутся, если мы покажем, что мальчик здоров...
Как скоро он наденет маску?
Ты прикажешь изготовить маску для него?
Неужели мой мальчик заслужил это?
Иерусалим мертв, Тайбериас.
Ни одно царство не стоит жизни моего сына в аду.
Я отправлюсь в ад вместо него.
- Ты помнишь историю о Луане? - Нет.
Нет?
- А ты помнишь, почему? - Нет.
Он был так одинок, что...
- он призвал всех Богов. - Зачем?
Потому, что он был в отчаянии. Как доказательство любви.
Скажи мне, моя мама, моя мама,
Что здесь стучит
Дочь моя, это плотник,
Который чинит
Дочь моя, это крестный ход,
Который оканчивается...
Ты за этим пришел на Святую Землю? Давай!
Оставь нас.
- Мальчишка на небесах? - Да.
У его матери характер тверже, чем у меня.
Она в подземной часовне и не выйдет оттуда.
- Тамплиеры убили Бэйлиана? - Да.
Рейнальд...
Устрой мне войну.
Этим я и занимаюсь.
Узрите царицу и наследницу трона царства Иерусалимского.
Слава! Слава! Слава!
Я, Сибилла, по воле Святого Духа,
объявляю царем Ги де Лузиньяна, моего мужа.
С Божьей помощью он будет править своим народом.
Да здравствует царь и процветает.
Да здравствует царь. Да здравствует царь. Да здравствует царь.
Я такой, какой есть.
Кто-то же должен.
Сестра Саладина.
Я знаю.
- Ассалам алейкум. - Ва аллейкум ассалам.
Говори.
Султан требует вернуть тело его сестры,
выдать головы виновных и сдать ему Иерусалим.
Неужели?
Каков ваш ответ Саладину?
Вот мой ответ.
Отвезите голову в Дамаск.
Я есть Иерусалим.
Соберите войска!
Итак, совет баронов и весь Иерусалим в сборе.
Среди вас возможно есть несогласные с нашим решением, но это война.
А я...
царь.
Мы выступаем немедленно.
- Что скажет Cовет? - Да.
Нет. Если тебе нужна война, не позволяй своей армии уйти от источника воды.
Возможно, тебе удастся удержать город.
Но если ты выдвинешься против Саладина,
армия будет уничтожена и город останется без защиты.
Когда мне понадобится совет кузнеца в военных вопросах, я спрошу его.
Саладин хочет выманить тебя.
Он ждет, когда ты совершишь эту ошибку. Он знает своих людей.
- Мы должны сразиться с врагами Господа. - Да!
И мы сразимся.
Тогда ты пойдешь без моих рыцарей.
Тогда вся слава достанется мне, Тайбериас. Время твоей славы было давным-давно.
Настало время для моей.
Тайбериас.
Когда Саладин покончит с Ги, он придет сюда.
Мы должны позаботиться об обороне.
Мальчик мертв.
- Ги. - Нет. Мальчик был болен проказой, как и его дядя.
Она подарила ему покой. Она отпустила его.
И Иерусалим вместе с ним.
- Ты идешь вместе с войском? - Там мое место.
- Тебя ждет верная смерть. - Смерть ждет всех.
Я расскажу твоему отцу, каким ты стал.
... здесь стучит
Дочь моя, это плотник,
который чинит
Когда придет Саладин...
мы будем беззащитны.
Спаси людей от того, что я сотворила.
Я спасу.
Так хочет Бог.
- Ты чувствуешь это? - Гонец не прибыл.
Для меня вода - это вода.
- Я подал кубок не тебе. - Да, милорд.
Царю не пристало убивать другого царя.
Разве ты был не достаточно близок к великому царю, чтобы научиться у него?
Я отдал Иерусалиму свою жизнь. Целиком.
Сначала я считал, что мы сражаемся во имя Бога.
Потом я обнаружил, что мы сражались за богатство и земли.
Мне было стыдно.
- Тайбериас. - Иерусалима больше нет.
Я отправляюсь на Кипр. Поедешь со мной?
Нет.
Ты и правда сын своего отца.
Саладин поведет свою армию от источника к источнику.
Это дает тебе дня четыре, может пять.
Храни тебя Бог.
Меня он уже оставил.
- Отметка 400. - 400.
400!
- Они здесь. - Там всего один человек.
Нет. Они здесь.
Когда начнут бомбить стены, они смогут пройти только здесь.
Они прекратят бомбить, чтобы не попасть в свои осадные башни, когда подвезут их поближе.
Мы переждем обстрел стен. Когда они прекратят, мы начнем стрелять.
Пора покинуть сей город.
- Каким образом, господин епископ? - На быстрых лошадях через малые ворота.
- А как же люди? - Это очень печально,
но такова воля Божья.
Тишина!
Нам выпало защищать Иерусалим
и мы должны быть готовы насколько это возможно.
Никто из нас не отбирал этот город у мусульман.
Каждый воин мусульманской армии, идущей на нас, был рожден после потери города.
Мы сражаемся за обиду, которой мы не причиняли,
против тех, кто тогда еще не родился, чтобы быть обиженным.
Что есть Иерусалим?
Ваши святыни стоят на иудейском храме, который разрушили римляне.
Места поклонения мусульман стоят на ваших святынях.
Так что же более свято?
Стена? Мечеть?
Гроб Господень? Кто может точно сказать?
Никто не вправе сказать.
Все вправе сказать.
- Это богохульство. - Тише.
Мы защищаем этот город, не ради целости тех камней,
а ради людей, живущих за этими стенами.
Милорд.
Милорд. Милорд.
Как мы защитим Иерусалим без рыцарей?
- У нас нет рыцарей. - Это верно.
- Кто ты такой? - Я слуга патриарха.
- Это один из моих слуг. - Правда?
Ты был рожден слугой.
На колени.
Каждый, у кого есть оружие, или кто способен взять его в руки, на колени!
На колени!
Будь бесстрашен перед лицом врагов твоих.
Будь, смел и прям, чтобы Господь возлюбил тебя.
Всегда говори только правду, даже если она ведет к смерти.
Защищай беспомощных. В сём твоя клятва.
А это, чтобы ты помнил её.
Встань, рыцарь.
Встаньте, рыцари.
- Мастер могильщик. - Это вы.
Ни я им не был. Ни ты. Встань, рыцарь.
Что вы о себе возомнили? Собираетесь изменить мир?
От того, что его назвали рыцарем, он будет теперь лучше сражаться?
Да.
Альмарик.
Если останешься жив, Ибелин - твой.
Теперь ты хозяин Ибелина.
Я подтверждаю это.
Встань, рыцарь и Барон де Ибелин.
Но это бедное и пыльное место.
Только Бог может даровать победу.
- Милорд? - Нет.
Cкоро начнется?
Скоро.
Баллиста!
Отведи их к стенам!
Принеси воды!
Двигайте машины к стенам.
Толкай.
Почему они не стреляют в ответ?
Они ждут.
Это был только первый день. Их может пройти еще сотня.
Пощады от Саладина не будет.
Нам надо продержаться. Заставить его пойти на соглашение.
- Какое соглашение? - Мы сражаемся за людей.
Их безопасность и свободу.
- Пощади. - Нет. Я не могу.
- 400. - 400.
- Огонь!
Огонь!
- 300. - 300.
- Огонь! - Огонь!
- 150. - 150.
Огонь!
Не стрелять!
Ждать!
Огонь!
Масло! Давай!
Огонь!
- Кто ведет оборону? - Бэйлиан де Ибелин, сын Годфри.
Годфри? Годфри чуть не убил меня в Ливане.
- Воистину, я не знал, что у него есть сын. - В Кераке это был он.
- Тот, которого ты оставил в живых? - Да.
- Возможно, тебе не стоило этого делать. - Возможно, мне стоило выбрать другого учителя.
Огонь!
Вы - не сестра.
Мы это то, что мы делаем.
Тогда я странник, проделавший длинный путь к бессмысленной смерти.
Что вы на это скажете?
- Я скажу, что мне жаль. - Мне вас тоже жаль.
Царица Иерусалима.
Если сжечь тело, оно не воскреснет до Судного Дня.
Если мы не сожжем тела, то через три дня все умрем от заразы.
Господь поймет, милорд.
А если не поймет...
то он не Бог, и нам не о чем волноваться.
- Ассалам алейкум. - Ва аллейкум ассалам.
Стена, где были ворота Кристофера, сильно ослабела.
Да, обычно, когда заделывают проем, кладка слабее, чем стена вокруг.
- Или крепче. - Эта слабее. Рашид видел ее.
Здесь мы и войдем в Иерусалим.
Здесь будет наша решающая битва. Будем наготове.
Братья! Братья!
Всевышний послал вам этот день. Не берите пленных.
Как не брали они, и пусть будет так.
Когда эта стена падет...
пощады не будет никому.
Если вы опустите мечи, ваши семьи будут убиты.
Здесь мы можем разбить их армию.
Так пусть же они придут.
Пусть придут.
Ну же! Давай! Давай!
Вспомни меня во Франции, мастер могильщик.
Мой господин...
Они попросят соглашения. Они должны попросить соглашения.
Примем мусульманство. Покаемся позже.
Я много узнал от вас о религии, Ваше Преосвященство.
Готов ли ты сдать город?
Прежде чем сдать город, я сожгу его дотла.
Ваши святые места, наши. Всё в Иерусалиме, что сводит людей с ума.
Возможно, так будет даже лучше, если это сделаешь ты.
- Ты разрушишь город? - До основания.
Каждый рыцарь, которого ты убьешь, захватит десяток сарацин с собой.
Ты потеряешь здесь свою армию и уже никогда не соберешь войско вновь.
Клянусь Богом, взятие этого города станет твоим концом.
Твой город полон женщин и детей.
Если погибнет моя армия, погибнет и твой город.
Ты предлагаешь соглашение? Я не прошу ничего.
Я позволю всем твоим людям уйти в христианские земли. Каждому.
Женщинам, детям, старикам.
Всем твоим рыцарям, солдатам и твоей королеве.
Твоего царя я оставлю на твою и Божью милость.
Никто не пострадает. Клянусь Всевышним.
Христиане вырезали всех мусульман, когда взяли этот город.
Я не из таких.
Я Саладин.
Саладин.
При таком соглашении я готов сдать город.
Ассалам алейкум.
Мир и тебе тоже.
Чего стоит Иерусалим?
Ничего.
Всего.
Я сдал Иерусалим.
Всем нам предоставят охрану, чтобы дойти до моря.
Если это Царство Небесное...
пусть Господь поступает с ним как Он хочет.
Царство твоего брата было здесь и здесь.
Это царство невозможно сдать.
Что мне делать?
Я все еще царица Акры, Ашкелона, Триполи.
Откажись от короны, и я приду к тебе.
Безупречный рыцарь. Ты так о себе думаешь?
Мы все есть то, что мы совершаем.
Ну давай.
Когда ты встанешь снова, если встанешь...
встань рыцарем.
Этот конь...
Это не очень хороший конь. Мне он не нужен.
Спасибо.
И если Господь тебя не любит,
как мог ты проделать все это?
Мир тебе, друг мой.
Ва аллейкум ассалам.
Царицы не ходят пешком.
А ты идешь.
Вперед!
Стой!
Мы идем в крестовый поход, чтобы восстановить Иерусалимское царство.
Идите туда, где люди говорят на итальянском.
И продолжайте идти, пока не услышите иную речь.
Мы идем этим путем, чтобы найти Бэйлиана, который защищал Иерусалим.
Я кузнец.
А я король Англии.
Я кузнец.
Крестовый поход Короля Ричарда Львиное Cердце в Cвятую Землю длился три года.
Его борьба за возвращение Иерусалима закончилась шатким перемирием с Саладином.
Минула почти тысяча лет, но и поныне нет мира в Царстве Небесном.
Перевод субтитров на русский язык Thomas Sawyer 2008.