Переведено студией FOCS
Боже, я точно не буду скучать по твоим кантри-песенкам по утрам.
Ну по мне-то скучать будешь, а?
Если найдётся на это минутка.
Автограф, пожалуйста.
Ты будешь следующей Долли Партон!
Вперёд! Покажи всем!
О да, блядь!
Могли бы вы не двигать ногой, пожалуйста?
Я подала на апелляцию, так что он пока всё равно будет выключен.
Ну, когда его включат, вы не сможете покидать своё место жительства
с семи вечера до семи утра.
Я могу идти?
Ну пиздец!
И не возвращайся!
ДИКАЯ РОЗА
– Он в ванной. – «Добрый день, Роза-Линн.
Может, хочешь чашечку чая? Как дела?»
Ради Бога, прикройся!
Прикройся!
О, давай, да!
Сегодня на Опри
давайте поприветствуем малышку по имени Роза-Линн Харлан,
прибывшую к нам из Глазго, Шотландия.
Роза-Линн Харлан, дамы и господа,
выступает впервые здесь в Нэшвилле, Тэннесси.
О да!
Ладно, увидимся.
Когда?
Мама!
О, привет.
Идём, Лайл. Идём.
Куда это ты собралась, вся такая как рыбный ужин?
Боже, как он себя ведёт.
Это пугает. Не делай так.
Как бы там ни было, я никуда не собираюсь. Поужинаю с вами.
Он никогда не замолкает, а ты всегда молчишь.
Почему, а? Тебе приплачивают за молчание?
Ты скучала по мне?
Роза-Линн?
Думала, это твоя мама.
Уже год прошёл. Так быстро летит время.
Ага.
Привет, Марион!
Доброй ночи вам обеим.
Хорошо выглядит. Аманда.
Ага. Времени достаточно на это.
– Она всё ещё загорает здесь на фольге? – О, да.
Если и выйдет на солнце, то непременно в бикини.
– Как-то раз намазалась вся моим маслом. – Маслом?
Полностью вся намазалась. «Это так естественно, Марион».
Ага, естественно, если ты мясной рулет.
Мэри собиралась прийти сегодня, чтобы повидаться с тобой,
но её артрит обострился, так что…
– О, так жалко. – Ага.
Из-за этого ей пришлось выйти на пенсию.
О, это…
Восемь фунтов в час, выходные.
Сказала, что сможет договориться насчёт тебя.
Клининг, да? Очень хорошо.
А ты о чём думала?
Думала? Нет.
Ещё не думала ни о чем. Я только вышла. Не переживай за меня.
За тебя не переживаю. Переживаю за детей.
Я собираюсь в Нэшвилл.
Ну смотри, чтобы браслет не сработал, когда будешь проходить досмотр.
Первым делом, когда доберусь до Опри, я верну назад свою работу
и буду там работать.
Здесь мне нечего ловить.
Там я смогу оттачивать мастерство, подрабатывая по вечерам.
Оттачивать что…?
Тебе не кажется, что ты уже многим пожертвовала ради этой фантазии?
– Мы все многим пожертвовали? – В смысле «фантазии» ?
– Это единственное, в чём я хороша. – Учись торговать.
– Иди в колледж. – Ты не слышишь меня.
Мне не важно, чём ты будешь заниматься, но делай хоть что-нибудь.
У меня есть талант, и я собираюсь его использовать.
Ты не смотришь телик? Там полно тех, кто поёт фолк.
Блядство!
И! Пошли. Шаг, поворот.
Спина к спине, наружу, внутрь.
Поворот.
Сандра, включайся. Следи за ногами!
О, Одинокий Рейнджер прибыл в город.
Принесёшь мне пиво, Джеки?
Смотрите на меня! Не на соседей!
Глаза на меня, не на соседа!
Ну, что я пропустила?
Мыши уже были?
– Ага. – Понятно,
тогда ничего нового.
Я слышала, на тебе теперь браслет.
Уже и здесь напердели.
Да, но я подала на апелляцию, поэтому через пару недель буду, как новенькая.
Буду здесь по пятницам и субботам.
По пятницам и субботам у нас Тундра Миссисипи.
Кто?
Боже, да ты совсем отчаялся!
Никто здесь не хочет смотреть на осуждённого преступника.
Люди приходят сюда, чтобы, наоборот, отдалиться от всего этого.
Джонни Кэш имел судимость, тупая ты мошонка.
В любом случае, иди обратно в свою мышеловку.
Мне нужна эта работа, Джеки, это моя грёбаная группа.
Это местная группа. Ты сама себе злейший враг, только ты.
Тут я бы не согласился. Конкурентов у неё полно.
– Иди нахуй! Уёбывай! – Ёбаная тупая корова!
– Это ты подрезал мою работу, а? – Отвали! Отвали от меня!
– Убери руки от меня! – Вали отсюда.
– Я здесь проработала 10 лет. – Верно, а теперь лавочка закрыта.
– Иди отсюда! – Клуб ёбаных бомжар!
Ты животное. Животное!
Блядство!
Не знала, что ты выходишь по утрам.
– Как твоя девочка? – Спроси меня завтра.
Он живёт в нижней части дома.
Там есть другой дом, если подняться выше.
Мой друг Энди живёт там.
А потом они купили дом по соседству.
Лорен живёт там по соседству, в доме с маленьким балконом.
Боже ты мой!
Здесь есть камера видеонаблюдения,
так что мы можем видеть всё, что ты делала у ворот.
Я ничего не делала там.
Ты была просто ослепительна.
Разувайся.
О, это очень мило.
Да, хорошо. Прекрасно.
Проходи, садись.
Мне нужно идти. Ко мне тут пришли.
Хорошо.
С удовольствием. Я позвоню. Пока.
Здравствуй! Я Сюзанна.
– Привет. – Спасибо, что пришла.
Так… где ты работала до этого?
Она была в Стерлинге. Да ведь, Роза-Линн?
Но она не планирует возвращаться.
– О, там так красиво. – Величественно.
Да.
Прошу прощения, мне надо в дамскую комнату.
Ну так, значит, вы платите двенадцать фунтов в час.
Двенадцать? Вообще-то Мэри получала…
Восемь фунтов? Да, но…она может работать за такие копейки,
потому что находит отдушину кое в чём другом.
Что? Она пьёт?
– Я и подумать не могла, что она пьёт. – Нет, нет.
Она получает, ммм, пособие.
– Да? – Мм, да, да.
Но мне не светит ничего подобного.
Ничего такого. Понимаете?
Лучше не говорите при ней об этом, чтобы не смущать.
Мне пришлось купить больше отбеливателя, Сюзанна.
Сейчас принесу чеки.
Хорошо. Спасибо.
Роза-Линн?
– О, Господи! – Роза-Линн? Извини.
Я уеду ненадолго…
– Вернусь примерно через час, ладно? – Хорошо.
Или…или раньше.
Я бегаю туда-сюда весь день, поэтому не знаю, когда вернусь. Просто…
Отлично.
Ладно, увидимся позже.
Блин! Господи! Блин!
Я чуть не умерла.
– Где ваша мама? – Машину паркует.
Вы как будто из «Сияния» .
Что за «Сияние» ?
Ну ладно, проходите.
Здесь пахнет дрожжами.
Чём пахнет?
– Дрожжами. – Чем чем?
Не знаю, но пахнет, как в аду, а не как будто кто-то пёк хлеб.
Подожди минутку.
Она не прикасается к ветчине, и он тоже почти ничего не ест,
и они оба решили, что не любят йогурт.
У тебя есть календарь? Тебе нужен календарь.
Чтобы вписывать их тренировки,
и праздники, и ещё что-нибудь, что нужно вписать.
В девяти случаях из десяти они забудут тебе сказать,
поэтому раз в неделю сама проверяй их рюкзаки,
и ещё нужно заплатить за это.
Всё получится. Теперь ты получаешь зарплату и можешь платить в рассрочку.
Здесь газ, вода и электричество…
и…
договор на телевидение.
Оки смоки. Всё настроил.
Запомни, тебе нужно быть в непосредственной близости отсюда
с семи вечера до семи утра, ладно?
Да да?
– Здравствуйте? – Простите?
– Здравствуйте, да? – Это ваш маленький мальчик снаружи?
– Лайл? – Откройте, это полиция!
Лайл? Лайл!
– Эй… – Иди в дом.
Сейчас же!
Так, я пошла.
Вы знаете, где я…
если понадоблюсь.
Нет, нет, ты остаёшься тут с мамой.
Но мы будем видеться каждый день.
Будем видеться каждый день, глупенький.
Я пойду с тобой.
Нет, ты останешься с мамой. Будь хорошим мальчиком.
Ну, возьми его.
Возьми его.
Ну же.
Я хочу пойти с бабулей!
Нет, нельзя.
Ну же, Лайл.
Я не хочу здесь оставаться.
В пятницу пойдём куда-нибудь ужинать?
Я помню, что ты любишь.
Пиццу.
Я люблю сосиски, сыр, помидоры.
Она любит сыр, помидоры и сыр.
Ты с нами?
– Так, я пошла. – Хорошо.
Дети сказали, что ты кантри и вестерн певица.
Издеваешься?
Нет! Вовсе нет. К чему ты это?
Кантри и вестерн? Нет, только кантри.
Я не знала.
Ты, должно быть, хороша, всю неделю я только и слышу «Роза-Линн».
– Почему кантри? – Потому что в нём три аккорда и правда.
Он исходит отсюда, просто вытащи всё, что там есть, наружу.
В общем, увидимся на следующей неделе.
Спасибо большое. Пока.
Пока.
Ясно. Спасибо.
Простите. После вас.
Он, этот ёбанный мудак.
Чёрт. Прости, приятель. Блядь.
– Вали отсюда! – Блядь!
– Прости, приятель. Прости. – Осторожно.
Не волнуйся. Всё нормально.
Я живой, Дэви.
– Мне пора. Ты, блядь, идиот! – Нет, нет, нет. Я просто упал.
– Ты куда? – У меня комендантский час.
Забудь о нём. Ну, останься.
– Выпей моё. – Останься.
Блядь!
Здравствуйте. Мясная лавка Галлоуэй. Чем могу помочь?
Да, подкалываю тебя. Я только подшутила над тобой.
Да, Роза-Линн Харлан.
Я здесь.
Хорошо, да, пока.
А что с пиццой?
Нельзя им что-то обещать, а потом просто пропадать.
– Нельзя так. – Я никуда не пропадала.
Я была на работе, ждала зарплаты.
Прошу тебя! Никого не одурачишь, Роза-Линн.
И меня ты не одурачишь.
Если ты им что-то сказала, значит, нужно сдерживать обещание.
Это основы.
Так, пицца. Идём.
Ты не любишь пиццу.
У меня есть кое-что ещё.
Китти Уэллс! Она новатор.
Я слушаю её с пятницы, как ты ушла, и я не могу выключить её.
Это открытие. Скоро увидимся.
Входи.
Знаешь… Я просто подумала,
я могла бы тебе что-нибудь посоветовать.
Типа, сильные женщины и всё такое.
С удовольствием. С удовольствием. С удовольствием послушала бы, как ты поёшь.
Где ты поёшь? Там есть… сцена?
Нет, нет. Нет там нихера.
Вообще-то я…
Я хочу поехать в Нэшвилл.
Надо подзаработать деньжат, чтобы купить билеты и забронировать отель.
Я не умею водить, поэтому мне нужен будет водитель.
Нужно не больше двух или трёх, точно меньше пяти.
Роза-Линн, я…
Прости, я не могу дать тебе денег, если это то, что ты сейчас мне предлагаешь.
– Я уверена, что не это. – Нет, как раз это.
– Я не могу. – Как нет?
Я не шучу, я просто подумала,
с этими ароматическими свечками, которые горят везде,
водой в бутылках и со всем таким, ты про это забудешь.
Я буду старой и седой, когда накоплю, а ты…
Ты могла бы просто из крана пить.
Ладно, неважно.
А что ты делаешь, пока ждёшь, копишь, чтобы уехать?
Я была ёбанной звездой в Гранд Ол Опри в Глазго, с 14 лет.
– И? – И что?
Ничего.
Почему ты не пошла на шоу талантов на телевидении?
Оно не для тех, кто может петь.
Оно для тех, кто хочет смотреть телик со своим сааг алу.
Разве не там ты знакомишься с теми, кто может представить тебя перед другими?
Нет там никого. Поэтому я хочу уехать.
Никто в Британии не знает ничего о кантри?
– Кроме меня. – Кроме тебя?
Да. И Боба Харриса.
Кто это?
Он диджей на Би-би-си Радио 2.
Настоящая легенда. Древний малый.
Он знает всё о кантри. Всех звёзд, они его приятели.
Это здорово.
Вот ему и нужно написать.
Да, хорошая идея. Я просто поеду и заеду к нему в гости!
Нет, я так не могу.
– Почему не можешь? – Чувствую себя дурой.
Вы двое, выйдите.
– Нет. – Да, десять минут.
Мы будем слушать за дверью.
Всё в порядке. В порядке. Норм.
– Уверена? – Да, да. Да, да. Да.
Божечки! Великолепно!
– Хочешь остаться на ужин? – Нет, спасибо.
Спасибо.
Где ты живёшь, Роза-Линн?
Пристхилл.
– В Поллоке. – Да.
– Сэм из Клайдбэнка. – Клайдбэнк?
Как ты тут попал сюда из Клайдбэнка, пробрался через окно?
Научился у отца торговать и начал сам свой бизнес.
Да? Чем торгуешь?
Оранжереями?
Такая стеклянная штука, которая по бокам домов стоит?
Но серьёзно, кому нужны оранжереи в Глазго?
– Ты удивишься. – Да, ещё как.
– Что ты ищешь? – Айпад.
– Твоя мама сказала, что ты можешь его взять? Нет? – Нет.
Знаешь что, пойдём сыграем в футбол?
А ты всё тяжелее, сынок.
– Хочешь завести детей, Роза-Линн? – А, да.
Но не сейчас.
Как школа сегодня?
Миссис Пат всё ещё там? Она меня ненавидела, миссис Пат.
Мисс Макдональд всё так же твоя любимая учительница?
Мисс Макдональд ушла.
Голодные?
У меня кое-что есть.
«Дорогая Сюзанна, рада услышать о тебе спустя столько времени.
Я передала твоё письмо Лиз. Помнишь Лиз, которая писала в раковину?»
Она работает на программе «Сегодня»,
и она отправила ссылку своему мужу, который ведёт новости спорта на Радио 2,
и он переслал ссылку продюсеру Боба Харриса.
Боже мой!
– Боже мой, блядь! – Погоди.
« Боб был бы счастлив встретиться с ней, если она не против приехать в Лондон,
чтобы посмотреть запись лайва».
Знаешь, сколько раз я писала этому ублюдку,
и сколько писем мне возвращалось?
Как ты это сделала? Как ты это, блядь, сделала?
– Отправила парочку и-мейлов. – Я не могу…
Не могу поверить. Я вся трясусь, блядь.
Это просто…
Спасибо, спасибо! Это просто пиздец какой-то. Здорово!
Боб Харрис?
Боб Харрис, который шепчет?
Да.
Би-би-си Радио 2.
Знаю, знаю. Невероятно.
Он сможет открыть для тебя двери.
Ничего, если ты с детьми посидишь?
Конечно, посидит.
– Как это произошло? – Сюзанна.
Как мило с её стороны.
А она и браслет разблокировать умеет?
Вы отбыли год в заключении
из-за попытки тайно передать пакет героина в Корнтон Вэйл,
перекинув его через ограждение.
Я не знала, что это героин.
Но вы были легкосмысленны, говоря о содержимом пакета.
Если вы к тому, что я была не в себе и не спросила, что внутри, тогда да.
У меня были дети тогда, а они отправили меня в тюрьму.
Возмутительно.
Это то, что тогда сказал мой адвокат… Это не моя вина.
Ну, чья тогда это была вина?
Судей, конечно же, за то, что дали срок.
Ваша честь,
вы едва ли найдёте настолько раскаивающуюся девушку.
У мисс Харлан случилась большая переоценка ценностей.
Она копнула… глубоко.
Она больше не ведёт себя как ребёнок.
Сейчас она работает домработницей,
дети снова живут с ней.
Хотя мисс Харлан уже не в тюрьме,
она не свободна.
Ношение браслета означает неспособность найти работу
в своей сфере деятельности.
– Вы только что сказали, что она домработница. – Да.
Но если перелистнёте страницу, сэр,
вы увидите, что моя клиентка ко всему прочему,
ещё и многообещающая кантри и вестерн певица.
Господи боже.
Это просто «кантри».
Просто «кантри».
Ваша честь, этой девушке должны разрешить выходить вечером,
для того, чтобы она начала всё сначала.
Да!
– Ты под арестом. – Обсуди это с моим адвокатом,
он будет виски с колой.
Ты! Что ты сейчас сказала?
Она под арестом!
Outlaw State Of Mind!
Джек, скажи ей!
– Возвращайся к своим мышам! – Что такое? Что за хуйня?
Останови это, ладно?
– Да ты шутишь. – Отвали.
Дамы и господа,
Роза-Линн Харлан!
– Заводи! – Сука!
Зажигай, Глазго!
Идём!
Прости, прости.
Спасибо большое.
Первый класс! Ты ведь не ждёшь, что я верну тебе за это деньги?
Благодарна, как и всегда. Вот, на всякий случай.
Спасибо, спасибо!
Блядь, блядь. Я в ахуе от происходящего!
Увидимся, когда я вернусь.
Да!
Пока, пока.
Мы рады приветствовать путешествующих с нами сегодня
из Глазго-сентрал.
Неплохо тут, да? Завтраком кормят.
Ты прекрасен. Ты хороший. Не парься насчёт этого.
– Он потеет рядом с девчонками. – Заткнись!
Халявные тосты и чай. Рулетики с беконом, и никто не берёт.
– Неплохо ведь? – Такая трата.
Хочешь один? Давай, я принесу. Угощаю.
Рулетики с беконом, рулетики с беконом!
Запрыгивай.
– Давай, залазь! – Удачи.
До встречи! Пока!
Вы видели мою сумку?
– Простите? – Я тут сумку оставила.
Я оставила на сиденье свою сумку и куртку.
Кажется, вы их с собой забирали.
Нет, я не брала. Я оставила их здесь. Они не могли просто исчезнуть.
Кто-то пришёл и забрал их?
Блядь.
Как это, не ваша ответственность? Там все мои вещи на данный момент.
Это и это. Так что скажите. Скажите, что мне теперь делать?
Поезд тщательно обыскали, и ничего не было найдено.
Вам лучше поговорить с транспортной полицией
и получить номер преступления.
Вы в порядке?
Вам нужно кому-нибудь позвонить?
Я просто пытаюсь ей помочь.
Простите! Извините!
Прости. Прости, приятель.
Привет, я тут ищу Би… я ищу студию Би-би-си.
Ладно, хорошо, вам нужно на метро доехать…
Что? Нет, у меня нет де…
Вы знаете, где находится Би-би-си?
Слава тебе, Господи!
Привет. Роза-Линн Харлан.
– К кому вам нужно? – Боб Харрис.
– Удостоверение личности? – Нет.
Нет, какой-то ублюдок спёр мою сумку по дороге сюда, так что нет.
Ладно. Тогда вам нужно записаться.
Тут штаб контрразведки?
В полицейском участке и то так не прессуют.
– Вы Роза-Линн? – Да.
Здравствуй. Я – Марк, продюсер Боба.
Боже, как я рада тебя видеть, парень.
Добралась всё-таки?
Добралась.
Студия у нас вот здесь,
а здесь у нас находится пульт,
и за ним сидит Боб Харрис.
– Ты, должно быть, Роза-Линн? – Глазам не верю, это вы.
Честно говоря, думала, вы будете совсем маленьким.
Сюда приходят они, Миранда Ламберт и всякие такие?
– Они все приходят записываться? – Да, так и есть.
И чуть позже у нас будет играть кое-кто потрясающий.
Хочешь осмотреться здесь?
Это очень волнительно, познакомиться с самодельной звездой кантри.
Из Глазго! Это прекрасный музыкальный город.
Да? Я хочу перебраться в Нэшвилл, очевидно, но…
Кто-нибудь слышал о кантри певице из Глазго?
Это смешно. Такого не может быть.
Почему нет?
Ну…
Знаете мою жизнь? Моя жизнь как у этих транссексуалов.
Понимаете? Когда ты рождён мужчиной, но должен был девчонкой.
Да, это я. Мне следовало родиться в Америке.
Я – американка, но вот я здесь.
– Ты пишешь? – Нет.
– Умеешь играть? – Нет.
Честно, я не считаю важным
из Глазго, Шотландии ты или из Глазго, Кентукки,
если у тебя есть голос, и тебе есть что сказать.
Я видел тебя, и у тебя точно есть голос.
Так, что тебе нужно сказать?
У тебя нет ключей?
Где твоя сумка и куртка?
Сюзанна меня только что забрала со станции.
Я их у неё в машине оставила.
– Хорошо прошло? – Да.
Какой он? Лондон.
– Слишком шумный. – Мэри так же сказала.
Она там бывала пару раз, навещала племянника.
Говорит, постоянная толкучка.
Святые угодники, куда не пойдёшь, везде люди так и лезут
тебе в лицо и под ноги.
Я бы не выдержала.
Ну, и какой он? Боб.
Думаю, он был…
Он сказал, что я должна писать песни для себя.
И о чём мне писать? Что отбеливатель сбежал со шваброй?
Ты не привязываешься к вещам.
И это твоя проблема.
Но взгляни на этот дом.
Когда ты что-то решаешь сделать…
ты можешь всё.
– Хочешь чашечку чая? – Нет. Я иду спать.
Мне рано вставать завтра.
Но можешь позвать меня поужинать.
Лайл рассказывает, как ему нравится твоё пюре с фаршем,
и как не нравится моё.
У меня нет фарша.
Мой фарш – это твой фарш.
Сладких снов.
– Разбудила тебя? – Нет.
Пить захотелось.
О чём твоя книга?
О девочке и её собаке.
Звучит слишком по-детски для тебя.
Она детская.
Зачем ты так делаешь?
Я не знаю.
Пойдём, уложу тебя в кровать.
Очень красивые. Для кого они?
Вот это для Айлы, а вот это для Шоны.
Айла и Шона.
У вас каникулы на носу. Вы в курсе об этом?
Целая неделя без школы.
Чем займёмся?
Уедем на несколько дней на пляж.
– Я никогда не был на пляже. – А вот и неправда.
Ты был слишком мал, чтобы запомнить.
Мы были как раз перед тем…
перед тем, как вы переехали к бабушке.
Ты хотела собрать там все ракушки. Помнишь?
Почему нам нельзя было с тобой видеться?
Потому что бабушка не хотела, чтобы вы ходили в тюрьму.
Кто бы ещё вас привёл?
Из-за злодеев?
Да, так точно.
Но ты не была злодейкой. Ты была вне закона.
– Кто такое сказал? – Ты сама.
Нет, я не была вне закона.
Я была задницей.
Ты сказала «задница»!
Как всё прошло? Я не могла до тебя дозвониться.
– Да. Я телефон потеряла. – Нет! Что стряслось?
– Вообще-то, его украли. – Да ладно?
Да, из моей сумки, вместе с сумкой.
– Дерьмо. – Это неважно.
– Всё было охуенно! – Серьёзно?
Так и было?
Я попаду туда. Я абсолютно точно попаду туда.
Да, так и будет.
– Слушай. – Да?
Мне вот-вот исполнится пятьдесят и…
Я думала устроить вечеринку, хотя и вовсе не горела желанием.
Потому что за выходные я поняла, что мне нужна супер вечеринка,
вечеринка на всю катушку,
на которой выступит… молодая восходящая звезда кантри,
Роза-Линн Харлан.
Что? Ты хочешь, чтобы я выступила на твоей вечеринке?
Да. Ты согласна?
– Да, конечно, стопудово, согласна. – Прекрасно.
Это не самая классная часть.
Классно то, что вместо подарков
люди будут жертвовать деньги на очень близкую моему сердцу…тебя.
Ты выступишь с концертом.
Если людям понравится, а им понравится, услышанное,
то они вложатся в тебя, в твою карьеру.
Это около сотни человек, от пятидесяти до ста фунтов с каждого.
Вуаля.
Немного магии краудфандинга, и ты там.
– Где? – На острове Мэн.
В Нэшвилле!
Что, ты заставишь своих друзей платить за вход в дом,
чтобы посмотреть выступление твоей домработницы?
Да.
Ты с ума сошла, подруга!
– У тебя есть группа? – Да, конечно, есть.
– Когда? – В следующее воскресенье.
Ты уже попросила неделю выходных, можешь использовать её для репетиций.
Нет. На этой неделе никак. Но я могу обойтись и без репетиций.
Я с этими парнями выступаю с четырнадцати лет.
Роза-Линн, тебе точно нужно репетировать.
Если ты просишь у людей деньги…
Если ты хочешь убедить их в том, что ты чего-то сможешь добиться,
тогда тебе нужно устроить профессиональное выступление.
Да, ладно, хорошо, охуенно.
Отлично.
Что ж…
Это было недурно.
Мама?
– Я нужна Сюзанне на следующей неделе. – Ничего не получится.
У детей каникулы. Она обойдётся недельку без тебя.
Ты сказала, что свозишь их отдохнуть.
Нет, нет, так это будет не уборка, я буду там репетировать.
Я буду выступать в её доме.
Она пригласила кучу людей, и я буду выступать со своей группой.
И потом они будут вкладывать деньги.
Вкладывать? Вкладывать куда?
В меня, в мою карьеру,
в успех в Нэшвилле.
Не помню, чтобы она вкладывалась, когда у Мэри были проблемы с бедром.
Восемнадцать месяцев в списке ожидания.
Если у неё есть деньги, могла бы на такое раскошелиться.
Она не раскошеливается.
Она даёт шанс мне заработать.
Но должно быть круто, не как в пабе. У нас мало времени на подготовку.
Я позвонила в школу насчёт лагеря, но там уже нет мест,
и я бы лучше оставила их с тобой, потому что не хочу, чтобы они думали…
Думали что?
Что ты бросила их, как только тебе подвернулось предложение получше?
Или что всё это ничего не значит, что ты снова можешь встать и уйти?
Мне нечем тебе помочь.
Я не договаривалась о выходных.
Ты работала там двадцать лет.
– Особые обстоятельства. – Я уже много раз так говорила.
Да, когда у меня были проблемы.
Твоё от тебя не уйдёт.
Я тут пытаюсь чего-то добиться.
Ради всего святого, это же хорошо для них.
Хорошо для них?
Перестать их подводить снова, и снова, и снова –
вот, что хорошо для них.
А я думала, до тебя, наконец-то, дошло.
Снова я ошиблась!
– Куда мы едем? – На пляж.
Мы поедем на море и будем смотреть на разных медуз.
Давай. Молодец. Идём.
Пришли.
Заходите, дорогие.
Я не хочу сюда идти!
Мэри чуточку за вами присмотрит на этой неделе.
Я не говорила про неделю, Роза-Линн, я сказала сегодня.
Всё хорошо, всё хорошо.
Тише. Мама вернётся. Всё будет хорошо.
Нет. Бросьте, это слишком медленно.
Мама!
– Спасибо, Аманда. – Да без проблем.
Вы ведь меня уже давно знаете.
Мы можем поиграть в отель.
Будете официантом и официантской, а я буду гостем.
Скоро увидимся, ладно?
Ненавижу тебя!
Так, заходим.
Это намного лучше.
В кого ещё эта девчонка вложилась? В Рода Стюарта?
Мы немного задержались, но я люблю, когда всё идёт по графику.
Если вы все будете здесь к четырём завтра,
тогда мы проведём саундчек до половины пятого,
и после этого мы уже проверим свет.
Большой день завтра, господа. Эта девушка вымыла последний пол.
Оставь. Тебе необязательно это делать.
Нет, всё в порядке. Я просто отнесу их в дом.
Взяла это у технарей.
Опробуем?
Нет, мне уже пора идти.
– Серьёзно? – Да.
Можешь скрутить?
Когда я только встретила Сэма,
мы жили в ужасной крысиной дыре в Клайдсайде.
Там ничего не было, не то что сейчас.
Из-за реки было полно крыс,
каждую неделю мы выживали на копейки,
но у нас были такие отпадные вечеринки.
Что-то не заходит.
– У тебя есть кто-то? – Нет, свободна как птица.
Повезло.
Ты молода.
Ты невероятно талантлива. Ты на пике своих возможностей.
Нет ничего, чего бы ты не могла сделать.
Это твоё время.
Когда у тебя дети, всё немного по-другому.
Да.
Я лучше пойду.
Привет?
– Как ты, дорогая? – Здорово, спасибо.
– Я подброшу до дома. – Нет, спасибо.
– Всё хорошо. Я доеду на автобусе. – Нет, поехали.
– Сладких снов. – Да, спасибо.
Увидимся утром.
Скучаешь по дому?
Что, это та часть, где начинаются приставания к домработнице?
Нет, нет.
Это та часть, где я говорю, что всё знаю о тебе.
Знаю, что ты была в тюрьме.
И знаю, за что туда попала.
Сюзанна купилась на то, что ты ей наплела,
и я не буду лишать её этого теперь.
Но я не хочу видеть тебя рядом с моими детьми, так что…
До завтра?
Спой свою песню, возьми деньги
и выметайся.
Лайл, шевелись.
Мы не можем целый день тут торчать.
Рози! Где ты пропадала? Я тебя уже сто лет не видел.
– Как поживаешь? – Я сейчас приду.
Ты в порядке?
Да, как всегда, всё прекрасно.
Лайл?
Его зовут Лайл. Ему пять лет.
Он врезался в шкаф, и тот на него упал.
Вроде он только поранил руки, но, может, ещё и голову.
Ладно, Лайл, ты не против, если я тебя осмотрю?
– Ладно. – Она только посмотрит, ладно?
– Аллергии? – Нет, я не думаю, нет.
На пластыри из ткани.
Ладно, отправим его на рентген.
Сегодня тяжёлая ночь,
так что придётся подождать врача.
– Ладно. – Хочу к бабушке.
Пожалуйста! Хочу к бабушке!
– Пожалуйста! Хочу к бабушке! – Всё хорошо, всё хорошо.
– Вы – мама Лайла? – Да, это я.
– Доктор Юсуф. Простите за ожидание. – Ничего.
Снимки не показывают перелома, но нужен будет гипс.
Когда мы можем ехать домой?
Мы не можем наносить гипс, пока опухлость не спадёт,
так что ещё пару часов точно.
Простите, что так надолго вас задерживаем.
Да твою же мать.
Шесть пропущенных. Сюзанна
– Где он? – Он всё ещё спит.
Ладно. Я заберу её домой, а ты останешься здесь с малышом.
Нет.
Твоё от тебя не уйдёт.
Может, двадцать лет в пекарне для тебя достаточно, но не для меня.
Сбегай и принеси мне чашечку чая, милая.
Да что с тобой такое?
Мне просто нужна твоя помощь.
Помоги мне.
Помочь тебе? С чем помочь?
Оставить его здесь, пока ты на вечеринке? Такой план?
Не знаю, что о тебе думает эта богатая женщина,
но она бы и гроша ломанного не дала, если бы знала правду.
Ты ведь ей ничего не сказала?
Она даже не знает, что у тебя есть дети.
Если ты даже не хочешь признать их существование,
нет для тебя никакой надежды.
И уж точно никакой надежды для них.
Езжай. Езжай в Нэшвилл.
Делай всё, что тебе вздумается. Пойдём, милая.
Проведаем твоего братика.
Роза-Линн! Где ты была?
Господи Иисусе! Я думала, ты уже не покажешься.
Группе пришлось меня переубеждать.
Выглядишь уставшей. Ты в порядке?
Да, ага, я прекрасно.
– Хорошо, хорошо. – Отлично.
Давай, пойдём. Ты так меня напугала.
Хорошо…
Итак, недавно искра жизни попала в мой дом
и напомнила мне, почему я влюбилась в Глазго в первый раз.
Эта девушка, как и этот город, дикая.
Она весёлая, и помимо того, она абсолютно бесстрашная.
И с вашей помощью она попадёт в Нэшвилл,
чтобы выполнить своё предназначение.
Я так горжусь тем, что знаю её, и что она – мой друг.
Леди и джентльмены, похлопайте Розе-Линн Харлан!
Готовы? Поехали.
Простите. Можно я. ..?
Дайте пять минут.
Что случилось?
Роза-Линн?
Эй? Эй!
Роза-Линн, пожалуйста.
Что происходит? Что ты делаешь? Куда ты идёшь?
Что случилось?
Дорогая. Да брось.
Я не знаю, что ты видишь, когда смотришь на меня, но это не я.
– О чём ты говоришь? – Я не на пике своих возможностей.
Я не свободна, и я столько всего не могу исправить.
То, что сидела в тюрьме,
закидывалась такими дозами героина,
от которых другие уже бы сдохли.
А знаешь, что ещё я не исправлю?
Двоих детей.
Двоих прекрасных детей, которых я родила до 18.
Вайнону, ей восемь,
и Лайла, ему пять.
Я год просидела в тюрьме, бросив двух детей.
Да, вот это правда.
А не это.
Вот это всё, они.
Та я, которую ты думала, что знала…
её нет.
Прости, я просто…
Пойдём.
– Я вижу там остров. – Остров?
– Это устрица. – Сможешь её открыть?
Мисс Харлан?
Центр набора персонала «Сильвербёрн»
Я буду рада…
Ладно, давай.
С днём рождения тебя!
Ура!
Загадала желание?
Давай ты.
Хорошо. Кому первый кусочек?
– Мне. – Вот как? Хорошо.
– Это я. – Привет.
– Есть минутка?
Да.
Ты же уже сделала мне подарок.
К чему это?
Зачем ты мне это даёшь?
Я хотела, чтобы ты взяла на себя ответственность,
но не хотела отнимать у тебя надежду.
Не понимаю, о чём ты.
Может, в жизни есть что-то большее, а может, и нет.
Я не знаю.
Я никогда не выезжала дальше Дануна.
Но тебе стоит.
Нет.
Я не могу всё начать сначала.
Всё кончено.
Я всегда говорила, что пошла бы в колледж,
если бы не пришлось начать работать в 15 лет.
И я бы пошла.
Я хотела стать фармацевтом.
Только вот…
что-то меня останавливало.
Даже после того, как родилась ты, я могла бы поступить.
Но, думаю, мне проще было
хотеть чего-то для тебя,
чем преследовать свои мечты.
У меня не хватило смелости.
Это правда.
Но у тебя…
она есть.
Я присмотрю за детьми.
А ты уезжай.
Увидишь, что тебя ждёт.
Откуда ты взяла столько денег?
Удивительно, что могут сделать
двадцать лет работы в булочной.
Отлично.
– Вот. Спасибо большое. – Хорошего отдыха.
Спасибо.
Надолго вы в городе?
Не знаю.
Не знаю. Как пойдёт.
Желаю вам, как и всем приезжим,
чтобы сердца вам разбивали только песни,
и чтобы эти песни были хитами.
– Спасибо! – Третья дверь налево.
Как у вас можно спеть?
Нужно записаться у управляющего.
На нашем сайте есть лист ожидания.
Но я здесь ненадолго.
Люди сюда приезжают
из Австралии, Новой Зеландии, Германии.
Мы все в одной лодке.
Это же Нэшвилл, город компаний.
Однажды встретите того, кто знает человека,
который работает там, где кто-то сможет вам помочь.
– Вам что-нибудь принести? – Нет, спасибо.
Добро пожаловать в Райман, колыбель кантри музыки.
Это то самое место, где родился блюграсс,
и где Джонни Кэш встретил Джун Картер.
Именно здесь кантри музыка нашла слушателей
по всему миру
и было положено начало многочисленным карьерам.
Когда Гранд Ол Опри пустил здесь корни в 1943,
радио и телевидение привели Элвиса Пресли,
Хэнка Уилльямса, Джонни Кэша, Марти Роббинса,
Минни Перл, Пэтси Клайн и Роя Экоффа
на сцену и в гостиные всей Америки.
Когда я достигну
своей конечной цели,
я буду точно знать, куда идти.
Я повернусь,
загляну внутрь себя
и попрощаюсь с ещё одним днём.
Я полечу
над этой долиной,
я открою врата.
И когда я достигну
своей конечной цели,
я буду точно знать, куда идти.
Я родилась
без вздоха,
я родилась
под дождём.
И когда я достигну
своей конечной цели,
я буду точно знать,
куда идти.
Не поверишь, сколько людей так делает.
Во время тура поднимаются на сцену и поют песню.
А я думала, вы, диснеевские придурки, вызовите полицию.
Вообще не понял, что ты сейчас сказала.
Но я тут в следующее воскресенье пропущу по рюмашке с подругой Лорел.
Она важная шишка в Curb Records.
Так что, если хочешь с ней встретиться, приходи.
Нет, нет. Спасибо, но…
я уезжаю.
– Уже уезжаете? – Нет.
Начинаю раскручиваться.
До аэропорта, пожалуйста.
Мам!
Боже, только посмотри на себя!
Посмотри на себя!
– Мамочка, ты вернулась! – Я вернулась.
– Вернулась. Скучали по мне? – Да.
Да? Как сильно? Десять миллионов раз?
Да.
Приглядывали за бабулей за меня?
Как вы могли слышать, я не из Нэшвилла.
ГОД СПУСТЯ Я отсюда, из Глазго!
Я тут сочинила одну мелодию.
Вам, честно, повезёт, если я выдам больше трёх аккордов!
Так или иначе, я попробую.
Я обивала
порог твоего дома,
приходила и уходила,
а ты оставляла свет включённым.
Я всегда знала,
что должна была поблагодарить тебя
ещё тысячу миль назад.
Но я оттолкнула тебя,
выбрала место на карте
и потерялась в буре.
Я должна была найти свой путь,
совершить свои ошибки.
Ты же знаешь, я должна была уйти.
Дорога из жёлтого кирпича
не проходит через Глазго.
Но я нашла одну, которая крепче камня.
Дома лучше всего.
Луна низко висит
над моим окном.
Обувная коробка с мечтами
стоит у меня под кроватью.
Следуй за яркими огнями,
золотой город.
Мне нужно было уйти, чтобы понять,
что всё, что мне нужно, – здесь.
Мама, мы обе знаем, что нет ничего,
что время и Пэтси Клайн не смогли бы исправить.
Я должна была найти свой путь,
совершить свои ошибки.
Ты же знаешь, я должна была уйти.
Дорога из жёлтого кирпича
не проходит через Глазго.
Но я нашла одну, которая крепче камня.
Дома лучше всего.
Я просто постучу каблуками
ещё три раза.
Здесь всё,
что всегда было моим.
Дорога из жёлтого кирпича
не проходит через Глазго.
Но я нашла одну, которая крепче камня.
Дома лучше всего.
Переведено студией FOCS