20 секунд до спуска.
Индикатор рычага переключения, проверено.
Тормозная система отключена, проверено.
Что с камерами перемещений?
Сильная тряска,
колебания на пол градуса с каждой стороны.
Да, чувствую.
Десять секунд.
Выход на траекторию. 15...
Можешь описать своё местоположение?
Хорошо. 140 тысяч футов.
Ты спускаешься.
Приближаешься к 115 тысячам.
Должен включиться аэродинамический контроль.
Поворачивай направо.
Мы видим, что ты завис в воздухе, а не поворачиваешь.
Высота увеличивается.
Поверни ещё больше вправо.
Нил, ты отскакиваешь от атмосферы.
Нил, высота до сих пор возрастает.
Тебе надо увеличить
продолжительность глиссады.
Ты слишком рано начал посадку.
Выпусти закрылки, Нил.
Я на земле.
Понял.
Пустыня Мохаве, Калифорния.
Ладно, вытаскиваем его.
Я залезу туда.
Ты в порядке?
Да.
Хорошо, Нил.
Инженер он хороший,
но для пилота слишком рассеянный.
Он вернулся назад, Чак. Отскочил от атмосферы,
но все равно нашел выход, как вернуться.
Третий инцидент за месяц.
Бикл должен отстранить его, пока он не навредил себе.
Вот так.
Всё хорошо.
Всё хорошо, малышка.
Иди сюда, иди ко мне.
Хорошо.
Что это такое?
Смотри. Что это?
Это воздушный змей?
Он умеет летать?
Да.
Как?
Я вижу луну,
Луна видит меня,
Свысока, сквозь листья
старого дуба.
Пожалуйста, пусть свет,
что озаряет меня,
озарит мою любимую.
Может, стоит поговорить
об этом с доктором Джонсом.
С кем?
Доктор Гарольд Джонс.
Он в Саскачеване, там и лечит.
Так ты едешь в Канаду?
Думаю, я бы взял небольшой перерыв.
Почему бы тебе не переговорить с больницей?
– Может, опухоль… – Я уже говорил.
Мне жаль, Нил.
Хотел бы я предложить что-то ещё.
Порядок, Джек.
Я ценю это.
– Ну, конечно. – Джун от меня привет.
– Передам. – Ладно.
– Давай, пока. – Пока.
Радиотерапия, побочные эффекты – тошнота.
Иммунитет Карен отказывается работать.
Кто из вас готовил? Ты или Грейс?
Грейс.
Тогда принимается.
– Спасибо. – Спасибо.
Звонил Дик Дэй из Хьюстона.
Спрашивал про тебя.
Насчёт «Джемини»?
Они ищут пилотов
с инженерным профилем.
Ну, может, когда Карен станет лучше.
Просто сейчас я не хотел бы её перевозить.
Ну. было бы здорово надеяться на тебя.
– Угощайтесь запеканкой. – Спасибо.
Пожалуйста.
Джо?
Привет, Джен.
Ты как, держишься?
Да знаешь…
Спасибо, что забежал.
Не вопрос.
Доброй ночи.
– Огромное спасибо. – Правда.
Папа, пойдём поиграем?
Мне нужно…
Помочь твоей маме.
Думаю, мне лучше выйти на работу.
Хорошо.
Они будут использовать технологию вертикального взлёта и посадки.
Они еще даже не знают,
как это действительно работает. Я не буду тратить свое время на…
Доброе утро.
Нил.
Ты ведь можешь взять пару дней отпуска.
Знаю.
Я просто хочу все узнать о новом дельта крыле в Англии.
Бикл отменил полет.
Он хочет, чтобы ты сфокусировался на написании
отчёта о своём последнем полёте.
Я отстранён, Джо?
Напиши отчёт об отскоке, ладно?
Спасибо, сэр.
НАСА проводит отбор астронавтов для проекта «Джемини».
Отбор астронавтов, проект «Джемини». База ВВС Эллингтон – 13 августа 1962.
Гражданский?
– Да. – Я тоже.
Эллиот.
Нил.
То ещё утречко, да?
Я еле выдержал две минуты в той ванне со льдом.
Конечно, думаю, НАСА больше интересна
наша психологическая реакция.
Ну…
Думаю, я чётко дал им понять, что было холодно.
Армстронг.
– Удачи. – И тебе.
Ещё один умник.
Нил, мы обсуждали программу
с другими кандидатами.
Как вы знаете, для предстоящей миссии на Луну
мы решили отказаться от прямой стыковки с Луной,
в пользу орбитального модуля сближения,
что оказывает прямое воздействие на проект «Джемини».
Что вы думаете на этот счёт?
Ну, даже если учитывать замечания фон Брауна,
массу полезного груза можно увеличить,
если вместо основного судна на поверхность Луны
приземлится дополнительный спускаемый аппарат.
И это перевешивает все риски.
О каких рисках вы говорите?
Навигация между Землёй и Луной, это раз.
Стыковка и посадка, это два.
Как вам кажется, почему полёты в космос важны?
У меня было возможность наблюдать за атмосферой
на Х-15.
Она была такой крохотной. Такая маленькая часть Земли,
что её еле можно заметить,
но когда ты здесь, внизу,
смотришь вверх, атмосфера кажется такой большой,
что ты не думаешь об этом совсем.
Другая перспектива
порождает другую точку зрения.
Я не знаю, что откроет нам изучение космоса,
но не думаю, что это будет исследование
просто ради исследования.
Может, это позволит нам наконец увидеть вещи,
которые мы должны были лицезреть много лет назад,
но просто были не в состоянии этого сделать.
– У кого-нибудь есть ещё вопросы? – Да.
Нил, сожалею о вашей дочери.
Извините, а в чем вопрос?
Ну, я хотел сказать…
как думаете, это может как-то на вас повлиять?
Думаю, неправильно будет уверять вас,
что это точно никак на меня не повлияет.
Хорошо, Нил.
Спасибо. Всё нормально.
Спасибо.
Спасибо, что уделили мне время.
Алло?
Да, конечно. Нил.
Алло?
Можно мне на улице поиграть?
Да.
Да, сэр.
Спасибо, сэр.
Меня взяли.
Начнёшь с чистого листа.
Уверена?
Да.
Эй.
Это будет то ещё приключение.
Хьюстон.
Со времён Жюля Верна
человечество думало о путешествии на Луну.
Раньше идея добраться до неё была такой:
отправить туда и обратно один космический аппарат.
Однако инженеры НАСА изобрели современный способ,
когда в ракету заключено несколько космических кораблей,
которые совершат путешествие вместе.
Как Колумб на шлюпке добрался
из Санта-Марии к берегам Нового Света, так и
астронавты доберутся на корабле меньших размеров
до поверхности Луны.
Когда настанет пора возвращаться,
меньший аппарат поднимется с поверхности
и состыкуется с основным аппаратом,
который поможет экипажу вернуться на Землю.
Итак, благодаря блестящим умам людей из НАСА,
старая мечта покорения Луны
скоро станет явью.
Спутник, Спутник 2,
«Восток», Гагарин.
Советский Союз превзошёл нас
во всех достижениях, связанных с космосом.
Наша программа и рядом не стояла.
Поэтому мы решили сфокусироваться на столь тяжёлой работе,
требующей такого количества технологических достижений,
что русским придётся начинать с нуля.
Как и нам.
Привет.
– Привет. – Я Пэт.
Мы сюда переехали за неделю до вас,
так что добро пожаловать.
О, как мило.
– Ну… – Я Дженет.
– Приятно познакомиться. – И мне.
Так что вместо этого мы собираемся…
Эй.
Сюда.
Для сравнения. Оцените масштабы.
Это мой муж Эд и Эдди младший.
Не знаю, где Бонни.
– У вас двое? – Да.
А у вас будет первый?
А, нет.
У нас мальчик, Рик.
Сколько ему?
Пять с половиной.
Надо их познакомить.
Если мы хотим осуществить это,
нам нужно доказать, что два корабля
смогут найти друг друга на орбите и состыковаться, избежав столкновения.
Это главная миссия проекта «Джемини».
Когда мы посчитаем, что вы готовы,
каждому из вас назначат полёт с особым заданием.
Только после выполнения этих заданий
мы перейдём к «Аполлону»,
то есть постараемся высадиться на Луне.
– Приятно познакомиться. – И мне, Пэт.
– Пока. – Пока.
– Эдди, ну-ка положи… – Гас…
Эдди Младший, даже не смей…
Есть, что добавить?
Просто делайте свою работу.
Да, сэр.
Масштаб почти такой же.
Многоосевой тренажёр
воспроизводит конструкцию с тремя осями,
с которой вы столкнётесь в космосе.
Задача в том, чтобы стабилизировать аппарат,
прежде чем вы отключитесь.
Первая жертва – Армстронг.
Уайт, теперь ты.
Да, понял.
Я в порядке.
Давайте ещё раз.
Блядь.
Дженльмены, добро пожаловать на Базовую Ракетную Физику.
Сегодня мы займёмся только первой главой.
Когда мы используем многоступенчатую ракету-носитель,
необходимо определить,
каков настоящий размер её составных частей.
– Привет. – Привет.
Всё нормально?
Да.
Думаю о лекции.
Любопытно.
Что именно?
Состыковка с «Адженой».
Тяга замедляет скорость,
потому что переводит тебя на орбиту выше,
так что нужна снизить тягу
и спуститься на орбиту ниже, чтобы состыковаться.
А пилотов учат совершенно наоборот,
но если верить расчётам, всё сработает.
Любопытно.
Да.
Что смешного?
Нет, ничего, просто…
Любопытно.
Ты помнишь?
Да.
Я удивлена, что ты помнишь.
Я хочу, чтобы мне было десять.
Прежде чем паниковать…
Держи.
Отлично. Спасибо.
Спасибо, что пригласили.
Мы рады, что вы пришли.
Кэрри.
Угощайся. Хочешь салат?
– Спасибо. – Какое милое пианино, Пэт.
– Ты играешь? – Бонни берёт уроки.
Может, мы споём
у себя на ужине.
Нил играет на клавишах?
Ник знает все мелодии из телека.
– Дженет. – Что такого?
В своём братстве в колледже он отвечал за музыкальную часть.
– Милая. – Да, он написал мюзикл
для студенческого капустника.
– Я не писал музыку. – Нет, писал.
Нет, я…мы взяли музыку Гилберта и Салливана.
Ну, он точно написал новый текст.
«Страна Жделлок»,
Получилось забавно.
«Страна Жделлок»?
– Жделлок. – Угу.
Никогда не слышал о ней?
Нет.
Удивительно. Это дальние края,
но абсолютно волшебные.
Это «колледж» наоборот.
Серьёзно?
Ага.
Ты же сейчас на пятом, да?
– Ага. – Не переживай.
Скоро тоже получишь задание.
Как проходят тренировки на четвёртом?
Хорошо.
Думаю, скоро у нас состоится выход в открытый космос.
Первый выход в космос.
– Это будет нечто, а? – Да.
Но выйти в открытый космос – это пустяки.
– Сложно попасть обратно. – Вот как.
Та ещё картина –
возвращаться с ногами наружу.
Думаю, МакДивитт
перережет кабель раньше, чем это случится.
Воу-воу, Армстронг, притормози.
Эд!
– Да? – Тебя к телефону.
– Кто? – Дик.
Ладно, момент.
Думаю, это Кастор и Поллукс.
Я тебя проверял, ты прошёл проверку.
Я думал, ты поведёшься…
Да.
Нет, я прямо сейчас включу.
Эй, ребят.
…советский скафандр,
насколько нам известно, был создан для поверхности Луны.
– Я перезвоню. – Это, конечно же,
первый выход человека в открытый космос.
В американской программе
выход в космос – одно из ключевых испытаний,
которое астронавты должны пройти, чтобы успешно
осуществить миссию на Луну.
Астронавт Эд Уайт должен был стать первым астронавтом,
который выйдет в открытое космическое пространство
во время полёта «Джемини-4».
А пока, Советский Союз празднует
очередную победу в космической гонке.
Контрольный клапан в порядке.
Нужно остальные проверить.
– Мы обо всём позаботимся. – Спасибо.
Спасибо, Эллиот.
Пусковой комплекс 19. Кейп Канаверал, Флорида. 21 августа 1965.
Восемь дней наверху. Пусковой комплекс 19. Кейп Канаверал, Флорида. 21 августа 1965.
Честно говоря, я рад, что летим не мы. Пусковой комплекс 19. Кейп Канаверал, Флорида. 21 августа 1965.
Честно говоря, я рад, что летим не мы.
Надеюсь, они не поубивают друг друга.
По крайней мере, тут станет потише.
Нил.
Я догоню.
Нил Армстронг, наш запасной командир.
Базз Олдрин.
Роджер Чаффи.
Новички из третьей группы.
Они будут в блокгаузе во время запуска.
Я могу поговорить с тобой?
Парни.
Ты будешь командиром экипажа космического корабля «Джемини-8».
Дэвид Скотт будет пилотом.
Мы вернём «Аджену» к жизни,
и вы, скорее всего, будете первыми, кто произведёт стыковку.
Не беспокойся насчёт Эллиота.
Он будет частью проекта.
У нас большие планы на выход в космос.
Дэвид будет «рабочей лошадкой».
Да, сэр.
– Позже ещё с тобой поговорим. – Спасибо.
Удачи, папа!
Глаз!
Мой глаз!
Мистер Армстронг.
Когда ты научилась плавать?
Точно не помню.
– Кажется, в школе. – В старшей школе?
Да, и у нас был…
…летний домик на севере Висконсина,
я ходила на озеро рыбачить.
И просто плыла вперёд и вперёд.
Мне всегда это нравилось.
Ничто не сравнится
с твоей тяжёлой жизнью.
Сама напросилась.
Это самый длинный мост в мире, но…
Второй самый длинный подвесной мост в мире,
но его тросы самые длинные…
– Привет, Эд. – Привет.
Я могу поговорить с Нилом?
Конечно. Заходи в дом.
Ты весь промок.
Нет. Я подожду здесь.
Спасибо.
Под ним можно пролететь.
Больно, наверное, будет, если прыгнуть под мост.
– Что такое? – Больно будет,
если перепрыгнуть его.
Точно.
Тут кусочки неба.
Нил, там Эд снаружи.
Хорошо.
Прости, сынок.
Привет.
Не хочешь зайти?
С Эллиотом кое-что произошло.
Я знаю. Дик сказал, что он отстранил его, но…
Нил, Эллиот и Чарли вылетели
в Сент-Луис сегодня утром.
Их самолёт разбился на подходе к зоне аэродрома.
Был густой туман.
Ты действительно пролетал под этим мостом?
Было весело?
Страшно?
Рикки. Дорогой.
Принести-ка мне своё домашнее задание, чтобы я проверила его?
Да, мэм.
Кто это был?
Чёрт. Как такое могло случиться?
Сернан сказал, облака были на высоте 150-ти метров.
Скорее всего, здания не было видно.
Несомненно, это была ошибка пилотирования.
Он заходил слишком медленно и не смог долететь до взлётно-посадочная полосы.
Что?
Все знают, что Дик сомневался в нём.
Поэтому, он убрал Эллиота с «Джемини-8».
У Эллиота был особый приказ.
Эллиот был недостаточно агрессивным.
Вы как никто знали это.
Я – нет.
Я не расследовал крушение.
Не изучал траекторию полёта.
И я не тот, кто был в самолёте.
Так что я не буду притворяться, что мне известно всё.
Никогда нельзя быть уверенным на 100 процентов.
Мы можем уйти?
Не сейчас.
Хочу помочь Мэрилин с уборкой.
Не хочу, чтобы она занималась этим одна.
Нил?
Простите.
Терпеть не могу быть обузой.
– Джен, всё в порядке. – Ну что ты!
Конечно.
Нил…
Когда мы были в Эдвардсе…
умерло четыре пилота.
Похорон хватало в тот год.
Мы давно не были на них.
Эд, он когда-нибудь говорил с тобой о Карен?
Нет. Совсем.
А с тобой он говорит о ней?
Нет.
Никогда.
Эй, приятель.
Знаешь, ты должен быть с Джен.
Ты должен играть со своими детьми.
Укладывать их спать.
– В такие дни… – Думаешь, я стою тут,
на заднем дворе,
потому что хочу поговорить с кем-нибудь, Эд?
Что, прости?
Думаешь, я уехал,
потому что хотел поговорить с кем-нибудь?
Запуск через одну минуту,
начинаем отсчёт запуска «Атлас-Аджена».
«Джемини-8».
Старт.
«Аджена» оторвалась от земли.
Динамика полёта непилотируемого
космического аппарата «Аджена» в норме.
Приготовиться к запуску «Джемини».
Да.
Хорошо.
Ладно.
Гуаймас, слышу вас отлично.
Работаем в S-диапазоне. Всё работает в штатном режиме.
Хорошо. Что это?
– Что происходит? – Ты сказал,
– все системы работают в штатном режиме? – Да, да.
Подожди. Хорошо.
Хорошо, спокойно. Спокойно.
– Что это? – Подожди.
Продвинься… Можешь дальше продвинуться?
Хорошо.
– Эй! – Что ты делаешь?
Есть у кого-нибудь швейцарский нож?
– Подожди, секунду. – Что ты сказал?
– Посмотрим, сработает ли. – Швейцарский нож?
Да-да.
– Слегка… – Издеваешься?
– Ну вот. – Получилось.
– Боже правый. – Гуаймас, «Аджена» в пути.
Принято, Гуаймас.
Переключаемся на высокие радиочастоты.
Один, два, три, четыре, пять.
Пять, четыре, три, два, один. Проверка.
Принял. Запуск через две минуты.
– Двигатели на старт. – Отключение наземного питания.
Второй этап – открытие предварительного клапана.
Пять секунд.
20 секунд до запуска.
Десять, девять,
восемь, семь, шесть,
пять, четыре,
три,
два, один.
Включение двигателей.
Пуск.
Время уходит. Включаю программу изменения угла крена.
Принято. Крен.
Хорошо идёте.
– Изменение угла тангажа. – Вас понял. Изменение угла тангажа.
Получены данные по декомпрессии.
Принято. Декомпрессия.
Топливные баки в порядке.
Перегрузка 3,5 g.
Готовьтесь к отделению.
Вас понял.
Ракетное топливо в норме.
«Джемини-8».
Отношение скоростей – 0.08.
Хорошо. Фаза три.
Отключение маршевого двигателя.
«…боюсь, что кто-то вломится в дом
и украдёт все мои…»
Хорошо, всё готово.
«…Хэнк Уильямс …»
Манёвренная нагрузка.
Регулировка высоты.
Двухканальная симплексная связь.
Вас понял. Готовы принимать корректировки? Приём.
Хорошо. Принимаем корректировки, Гавайи.
Принято. Полётное время B-13437.
Скорость орбитального манёвра 2,9.
Время работы двигателя 0+0,5…
Мам, тебе принести что-нибудь?
Он отлично справляется.
«Постоянно».
«Как ты отжимаешься,
когда нос мешается?»
Вас понял, Гавайи, принял.
Это Пол Хани
из Центра управления полётом «Джемини», Хьюстон.
Навигационно-информационная система показывает, что «Джемини-8» вышел на орбиту.
Экипаж предпримет попытку
найти непилотируемый космический аппарат «Аджена»
и произвести стыковку.
– Конец корректировки. – Хорошо.
Разве мы не должны видеть «Аджену»?
Хьюстон, кажется, мы слегка перестарались.
Нужно было раньше остановиться.
Принято.
«Джемини-8», ждите команды.
Вычисляем разницу.
Я займусь этим.
Операторы динамики полёта, как продвигается?
Так, есть курс движения обоих аппаратов.
Рассчитываем импульс включения двигателя.
Операторы динамики полёта, «Аджена». У вас есть всё, что нужно?
Операторы динамики полёта, приняли?
Да, принял.
– Всё нормально? – У нас есть только
незначительные данные по компьютеру «Джемини».
Джентльмены, нужна корректировка. Работаем.
– Передаём. – Хорошо, главный оператор,
передадим им данные.
Главный оператор Хьюстона.
От вас потребуется ещё одно включение двигателя,
очень короткое, слушайте.
Полётное время B-030341.
Скорость орбитального манёвра 2 сек. вдоль вектора скорости.
0,6 м/с в квадрате…
Скорость орбитального манёвра 0,6 м/с в квадрате вдоль вектора скорости.
«Джемини-8», как слышно?
Марк.
0,6 м/с в квадрате вдоль вектора скорости...
Отдай, Марк, Отдай.
Поставь обратно на стол. Отдай.
Дорогой, отдай.
Это очень важно.
Сейчас же отдай маме.
Приём?
Марк Армстронг, если ты не отдашь мне…
«Джемини-8», как слышно?
Я не шучу, Марк.
Нас уводит вниз на
6-7,6 м/с, Нил.
Не вижу причин для этого.
– Где мы? – Выше рассчёта.
Хорошо, а что если…
Не могу. Прости. Мне надо…
– Надо разобраться с этим. – Хорошо.
Можете доложить обстановку?
Нет. Я сейчас занят.
Принял. Ожидаем.
Так, пойдём по замкнутой петле.
7,6 метров вперёд, 2,4 влево, 0,9 вверх,
управлять буду я.
Три, два, один.
Включение.
Должно быть, это планета.
Всё возможно.
Хьюстон на связи.
У нас есть данные для начала конечной фазы, если вы готовы принимать.
Ждите.
Мы видим «Аджену».
По крайней мере, что-то похожее на «Аджену».
Принял. Вероятное нахождение «Аджены» в зоне видимости.
– Мы слегка отклоняемся от плоскости траектории полёта. – Да.
Хвостовая часть на 3, вверх на 2,5.
Я начну торможение.
Мне нужны показания скорости и дальности.
Лучше слегка сбавить обороты.
1828,8 метров, 9,4 м/с.
Беру немного левее.
0,5 метра.
Невероятно!
Ты только посмотри на это.
Скажи им.
Хьюстон, поддерживаем положение относительно «Аджены»,
примерно 46 метров.
Хорошо, не расслабляемся, джентльмены.
– Это только половина. – Отличная работа, парни.
– Спасибо за помощь. – Сделаем это!
Сосредоточьтесь, джентльмены.
Ровно идёт.
Да?
В управлении нет…
ничего сложного.
RKV, «Джемини-8» на связи,
мы, примерно, в полуметре.
Принято.
подождите минутку.
Вас понял.
Так, «Джемини-8»,
всё в порядке.
Вперёд, стыкуйтесь.
Так. Фиксируем положение.
Стыковка.
Есть стыковка.
Кто-нибудь, позвоните Кронкайту!
Пусть он скажет Советам идти куда подальше!
Позвони ему.
Эй, Пит! И позвони заодно
этим идиотам в Конгрессе.
Да, начну с Род-Айленда.
Ох, чёрт.
Отлично. Продолжаем.
Рассчитываем вектор состояния сосостыкованного смического аппарата.
«Джемини-8», на связи главный оператор Хьюстона.
Как слышно?
Посмотри на мою комнату.
– Не думаю… – Посмотри на все эти бумажки.
Знаю.
Я столько дней работал над этим,
и теперь всё помято.
– Посмотри на этот ящик! – Знаю.
Все мои карандаши были там,
и где они теперь?
Рик, ты уверен, что всё мне рассказал?
Не думаю, что твой брат сделал бы это просто так…
Да, я же говорю! Посмотри на это!
Не ори на меня.
Не надо расстраиваться.
«Джемини-8», Хьюстон на связи.
Есть обновлённые данные по узлам. Принимайте.
Может, хоть кто-нибудь позвонит уже?
Хорошо. Вперёд.
– Рик! – Принято.
Узел 070447…
Так. Подойди сюда.
Иди сюда!
Против 51552 прямого восхождения.
«Джемини-8», вы скоро будете недоступны.
– Куда ты делся? – Свяжемся с вами,
когда Дэйв выйдет в открытый космос.
Своеобразно.
Отлично.
Надеюсь, это просто избыток водорода.
Думаю, свою я оставлю на потом.
Побалую себя.
Нил, у нас крен.
Это не мы. Должно быть…
Отключи систему управления «Аджены».
Код 400, отключение системы управления «Аджены».
Перезагрузи «Аджену».
Включаю.
Выключаю.
Я перезапущу систему ориентации
и клапаны твердотопливного двигателя.
Передача аэронавигационных данных включена.
Радиосвязь включена.
Индикатор вращения 200 и увеличивается.
Отстыковка от «Аджены».
Включаем дистанционное управление «Адженой».
Включаем дискретно-аналоговый преобразователь
Удостоверься, что ты добавил дополнительную тягу,
чтобы мы не врезались в «Аджену».
Отстыковка по моей команде.
Два. Один.
Топливо системы маневрирования – 13%.
Дело не в «Аджене». Это мы.
«Джемини 8», возвращаемся в зону сигнала через три, две, одну.
Говорит телеметрическая станция связи, CSQ.
Как слышно?
«Джемини 8», как слышно?
У нас серьёзные проблемы.
Сильное беспорядочное вращение.
Мы отстыковались от «Аджены».
Хорошо, мы видим
ваш корабль на радаре.
В чём ваша проблема?
Мы вращаемся и не можем ничего отключить.
Мы продолжаем набирать обороты.
CSQ, приём.
Говорите.
Он сказал, что не может отключить «Аджену»?
Нет, он сказал, что они отстыковались от «Аджены»
и не могут остановить вращение.
Индикатор вращения 270 и продолжает увеличиваться.
С такими показателями они потеряют сознание
секунд через 40.
Пол.
Пытаюсь остановить вращение.
У нас определённо…
Мы не можем…
Отключи двигатели реактивного управления.
– Дейв! – «Джемини 8», вы сказали,
вы отключили двигатели реактивного управления?
Вы включили реактивное управление?
«Джемини-8», повторяю, вы сказали, вы отключили двигатели реактивного управления?
Вы не сможете управлять кораблём.
Хорошо.
Мы восстанавливаем контроль над кораблём.
Включаем реактивное управление.
Вас понял.
Принято.
Потихоньку переходим на реактивное управление.
Корабль вращается в правую сторону.
Пытаемся снизить вращение.
Верни нас назад на один шпангоут.
Понял.
Какие варианты аварийной посадки?
Надо дождаться, пока они скажут, сколько у них топлива осталось.
Что думаешь, Боб?
Мне кажется, им лучше приземлиться сейчас.
Дик, там Джен.
Джен, корабль стабилен. С ним всё будет хорошо.
Он в порядке, Джен.
Иди домой.
Ладно. Тогда включите передатчик.
– Я посмотрю, что смогу сделать… – Сейчас же.
Включи его сейчас же.
Сейчас действует протокол безопасности.
Да мне плевать.
У меня на лужайке дюжина камер, Дик.
Может, рассказать им, что происходит?
Джен, просто поверь нам.
Всё под контролем.
– Нет. Это не так. – У нас…
Все эти протоколы и инструкции
лишь для того, чтобы сделать вид, будто всё под контролем.
Вы просто кучка мальчишек,
играющих в конструктор.
Ничего у вас не под контролем.
Отряд спасения Наха будет
на станции приводнения со спасательными жилетами.
Вы получили позывные?
Да.
Наха Спасение Один, Наха Поиск Один.
Я бы поспорил с ними
насчёт возвращения домой, но я…
не уверен, что мы посмеем.
Ага.
Я лишь думаю, было ли что-то ещё, что мы забыли?
Насколько я знаю, мы всё сделали.
«Джемини-8» видела два сложных аппарата,
приземлившихся в тот же день вовремя.
Мы видели безупречное приближение и стыковку.
Но всё это, кажется, будет омрачено
неполадкой, но
думаю, нам следует сосредоточиться на прогрессе,
явившимся результатом миссии.
Совет хотел бы сосредоточиться
на неполадке.
Нил, расскажите нам о вашем решении
отстыковаться от «Аджены».
Вы упомянули, что темп оборотов
был чаще раза в секунду.
Насколько вы были близки к потере сознания?
Вы хотели использовать «Аджену»
для стабилизации корабля?
Да.
Но это оказалось безуспешно.
Как я и сказал, изначально мы полагали,
что возникла аномалия с системой контроля «Аджены».
Потому что мы никак не смогли бы узнать, что это двигатель
вызвал…
Если бы мы смогли изолировать каждый из двигателей «Джемини»,
если бы в тот момент у нас была такая возможность…
Agence France. Чувствовали ли вы волнение
после поломки двигателя?
Почувствовали ли вы в разгар вращения,
что бог ближе, чем обычно?
Когда ещё не утихла боль от потери
Чарли Бассета и Эллиота Си,
задавались ли вы вопросом, стоила ли того эта программа?
Стоила ли тех денег и жизней?
Так, спасибо, ребята.
Нам ещё много надо обсудить, и мы
скоро свяжемся с вами.
Спасибо.
Нет, теперь нажимай большим пальцем, милый.
Молодец.
«Наша безумная поездка в космос»?
Это маркетинг ход, мистер Армстронг.
Доверие к НАСА падает.
– Нам надо… – Меня это не касается.
Почти. Так, я пойду закончу
упаковывать подарок для твоего брата и вернусь.
– Попрактикуй эту мелодию. – Попробую.
Мне не интересно,
как другие журналы выставляют нашу историю.
Хорошо. Продолжай.
Если тебя это утешит,
Эд ходил как зомби после «Джемини 4».
Да?
Ага.
Мне кажется, это могло их дизориентировать.
Точно.
Ага.
Боже, Пэт.
Я вышла замуж за Нила, потому что хотела нормальной жизни.
Я знаю. Знаю.
Он так отличался от других парней в кампусе.
Знаешь, он ведь прошёл войну.
Он знал, чего хотел.
Казался таким надёжным.
Думаю, всё, чего я хотела, это стабильности.
У меня есть знакомая из женского клуба с нормальной жизнью.
– Да? – Она замужем за дантистом.
Дантист.
Звучит неплохо.
Каждый день он приходит домой в шесть, и раз в несколько месяцев
она звонит, чтобы сказать, что она хотела бы, чтобы он не пришёл.
Да.
Всё ещё работаешь, я смотрю.
Ага.
Что ж, я…
хотел пойти к Дейву, пива выпить.
Ладно. Понял.
Я бы выпил пива.
Скажу тебе одну вещь.
Я только и думаю о том, чтобы вернуться туда.
Это просто неудача.
Ну, вы всё сделали правильно.
Всё. Знаешь, я говорил об этом с Гасом,
и мы оба согласились.
Я слышал,
что вы с Гасом тусуетесь.
Неужели?
Эй.
Это правда?
Что правда?
Дик отвёл меня в сторону и сказал,
что он и Гас хотят взять меня в команду.
Первого Апполона?
Ага.
Блин.
Это круто.
Поздравляю.
Я должен пожать тебе руку.
– Спасибо, мужик. – Вау.
Сатурн настоящий монстр.
Тебе очень повезло.
Да.
Ты знаешь, что Дик хочет,
чтобы Гас был первым человеком на Луне, так что…
Значит, ты будешь с ним в лунном модуле, когда вы приземлитесь.
– О нет, нет, нет, давай не будем… – Эд.
– Не заводись. – Хорошо.
Проваливайте из моего дома, я пошёл спать.
Я не шучу. Валите отсюда.
Нил.
Эй, Нил. Присесть не предлагаю.
Встреча будет короткой.
Мы всё обговорили. Думаю, всё предельно ясно.
Если ты не успокоишься, тебя там не будет,
а мы продолжим спрашивать, чтоза хрень произошла.
Как и конгресс. Виновата неисправность на корабле.
Миссия была успешна.
Мы на всех парах идём к запуску «Аполлона».
Ты согласен?
– Да, сэр. – Надеюсь, ты не откажешься
представлять нас в Белом доме.
– Нет, сэр. – Хорошо.
– Спасибо. – Спасибо.
Спасибо.
«Проблемы взаимодействия и развития
оперативных методик для наиболее эффективного использования
возможностей корабля».
Что?
Нет, это не…
Поймал.
– Поймал. – Нет! Нет!
Поймал.
Не знаю, почему ты смеёшься.
Ты же знаешь, что он с тобой сделает.
На этот раз я запихну его в морозилку.
– Нужна помощь? – Ага.
– Окей, вот так. – Можешь открыть морозилку?
Давай подержим его подольше,
и тогда он не сможет… Вот так. Вот так.
Поймал. Поймал.
Потому что я хочу.
Кто сделал… кто что сделал?
– Я. – Ты видел его комнату?
Сын, встань в угол.
Это не смешно.
Большое спасибо, Марк!
– Прекрати смеяться. – Ты врёшь!
Перестань.
Он расстроен из-за тебя.
– Твоя мать не смеётся. – Я не смеюсь.
– Я… плачу. – Она плачет.
Это не твоё!
Знаешь,
Эдди начал задавать вопросы
– о новом командном модуле. – Серьёзно?
Ага. Он хочет… хочет знать, будет ли
это отличаться от полёта «Джемини».
Будут ли маленькие кнопочки на своих местах.
– О боже. – Ага.
Ты завёл себе маленького инженера.
Хотя, если честно, мне нравится, что он проявляет интерес.
Зашёл к нему вчера утром.
Подбежал и сказал: «Папочка,
если ты полетишь на Луну, тебе будет там одиноко?
Так далеко от Земли.
Когда все мы остались дома».
Это всё расширяет его кругозор.
Это даёт мне веру.
Это же логично?
У Уолкеров новые качели.
Да, я заметил.
У нас были похожие в Джунипер Хилс.
Карен очень их любила.
Твоя дочь?
Думаю, мне пора домой.
Закрываю люки.
Хорошо, это всё.
Спасибо, Эд.
Аблативный люк закрыт.
Закрываю иллюминатор.
Убираем разъёмы.
– Подтверждаю опечатку люка. – Хорошо.
Готовы для очистки воздуха.
Так, мы продолжаем,
но останемся на этих настройках
до конца полёта.
Вас понял.
Хорошо, скажите всем следить за…
Может, хватит болтать?
Вы на громкой связи.
Обратный отсчёт.
Простите, ребята. Мы всё уладим.
Чёрт, мы просидим тут всю ночь.
Гас, мы на это не рассчитывали.
Конечно, нет.
Рад, что тебе весело.
Белый дом. В то же время.
Мы хорошо закончили с «Джемини»
И очень оптимистично настроены на запуск «Аполлона», сенатор.
Надеюсь, что так. У вас было время на улучшение.
Полстраны думает, что всё это без толку.
Что ж…
мы… Мы научились летать лишь 60 лет назад,
поэтому если вы говорите о технологическом развитии
с точки зрения науки, у нас не было времени…
Я говорю об этом с точки зрения уплаты налогов.
Как и мы, сенатор.
Между нами скажу, мы завершаем кое-какие финальные тесты
нового командного модуля.
Уверен, мистер Гилрус с радостью расскажет об этом.
Разрешите представить вас Бобу. Пойдёмте.
Хорошо.
Можно сделать фото, сэр?
Ребят, а вы?
Мы так и не поговорили. Как оно?
Раз, два, три, четыре, пять,
четыре, три, два, один?
Нам нужна ещё минутка,
чтобы разобраться.
Как мы полетим на Луну,
если мы не можем общаться в соседних зданиях?
Они не слышат ни одного твоего слова.
Господи.
Повторите.
Я сказал: как мы полетим на Луну,
если мы не можем общаться в соседних зданиях?
Скажи им, Гас. Скажи.
Дерьмо Микки Мауса.
В кондиционере всплеск в 2 вольта.
Перезапусти счётчик.
Ты слышал, Гас?
Понял.
Слышишь что-нибудь от приборов?
У нас возгорание в кабине.
У нас тут пожар!
Мы сгорим тут!
Мистер Армстронг?
Вам звонок он Дика Слейтона.
Пройдите за мной.
Спасибо.
Рад, что ты позвонил.
Не уверен, я тут помогаю или всё порчу.
Нил, у нас возникла проблема с тестом на отключение разъёмов.
Поэтому мы их и тестируем, верно?
Мы разберёмся.
Был пожар.
Боже, мне сложно говорить об этом,
Эд, Гас и Роджер…
погибли.
Мы думаем, проблема была в проводке.
Искра в кислороде.
Всё произошло очень быстро.
Слушай, нам надо, чтобы вы вернулись в отель.
Пресса скоро будет повсюду.
Конгресс будет требовать расследования. Мы…
Мы не хотим, чтобы вы были в центре всего этого.
Ты понял?
Да.
Тогда ладно.
Хорошо.
Многие забывают о том, какое
влияние лунная программа оказывает
на воспитание детей нашей страны.
Я думаю, если цивилизация не посмотрит вверх,
если не попытается расширить свои горизонты,
то мы не разовьёмся как нация.
Сегодня в 10:30 по восточному времени
спасательные команды начали доставать тела
трёх погибших астронавтов из разбившейся ракеты.
Представитель НАСА сообщил, что погибшие астронавты
находились в ракете четыре часа,
что поможет расследованию трагедии.
По последней информации от НАСА
из космического центра имени Линдона Джонса
Первый полёт «Аполлона»,
который был запланирован на 21 февраля, теперь…
Ветер сегодня сильный.
Следи за отклонениями от курса.
Понял. Корректирую.
Тестирование исследовательского летательного аппарата для высадки на Луну
300 метров. Перехожу на лунный режим.
Последняя подготовка к приземлению.
Ты слишком низко. Поднимайся.
Контроль снижается.
Замедли темпы.
Слышишь?
Нил?
Устройство небезопасно.
К сожалению, это лучшее, что у нас есть.
Ты и остальные слишком важны.
Система полёта основана на проводах, у нас нет подстраховки.
Катапультируемое кресло – наша подстраховка.
Политические последствия после очередного инцидента
– скомпрометируют наш… – Со всем уважением, сэр,
но волноваться из-за политики – не моя работа.
Эта хреновина могла убить тебя.
– Ну, не убила же. – Секундой позже,
– и ты бы здесь… – Что ж, нам нужны ошибки.
Нужно ошибиться здесь, чтобы не было ошибок там.
Хорошо, Нил, Нил.
Какой ценой?
«Какой ценой»?
По-моему, поздновато
для такого вопроса, разве нет, сэр?
Они кричат, поднимают плакаты
и устраивают митинги против правительства.
Но некоторые идут дальше, сжигая документы о воинском учёте
и блокируя проект.
Некоторые недовольные ограждают себя
от подобной акции протеста.
Эй, эй! Джонсон, друг!
Сколько детей погибло от твоих рук?
Эй, эй! Джонсон, друг!
Сколько детей погибло от твоих рук?
Пэт?
Пэт.
Ты в порядке?
Да.
Давай зайдём внутрь?
Привет.
Ты в порядке? Боже.
Я в порядке.
– Твоё лицо. – Извини.
Пап, хочешь поиграть?
Рикки.
Ребята, пойдём. Пойдём.
Я знаю, знаю, я знаю. С папой всё хорошо.
Идите. Идите на улицу.
Идите, идите.
Что случилось?
Господи.
Я только вспомнил: я кое-что оставил на работе.
Вы уже провели
несколько изменений в космической программе.
Я думаю, будет интересно поговорить
о том, стоит ли
так поступать с государственной казной.
Я бы представлял себе другое,
к примеру, пригодный для жизни Нью-Йорк.
Мне кажется, что
это важно сделать.
Какова была реакция
ваших друзей на это?
Большинство считают, что это глупо,
как много мы тратим денег,
чтобы отправиться куда-то, о чём мы ничего не знаем.
А деньги можно вложить
в более важные вещи.
Власть!
Власть народу!
Крыса покусала мою сестру Нэл,
но белый на Луне.
Её лицо и руки опухли совсем,
но белый на Луне.
У меня нет денег на врача,
но белый на Луне.
Я буду платить и десять лет спустя,
а белый на Луне.
Плату вчера мне поднял арендатор,
но белый на Луне.
Нет горячей воды, ни света, ни унитазов,
но белый на Луне.
Интересно, почему он это сделал?
Из-за белого на Луне?
Ну, я и так платил ему 50 долларов в неделю,
а белый всё на Луне…
– Господи, большая мамочка. – Это политическая гонка.
Конгресс не платит нам, чтобы мы стали вторыми.
Зачем ещё НАСА отправлять на Луну ракету,
у которой происходила одна проблема за другой?
Спасибо за информацию, Базз.
С тобой приятно иметь дело.
Да не парьтесь. Он не участвует в розыгрыше полёта на Луну.
А ты участвуешь?
Ну, единственные, кого отправляли на посадочный аппарат
после инцидента Нила, – это те, кто смогут сесть.
И ты думаешь, что полетишь на Луну?
Ну, это возможно, с тех пор как Гас умер.
Я лишь озвучиваю ваши мысли.
Ну, может, не стоит.
Убираем здание вертикальной сборки,
ракета направляется к стартовой площадке.
Шикарная ракета.
Да.
Если всё пройдёт по плану, 11 приземлится.
Я говорил с Бобом. Все согласны.
Мы хотим, чтобы ты командовал.
Хорошо.
Я вижу вертолёт,
летящий в эту сторону.
Похоже на красную точку
с длинным хвостом, длинным пером.
Это должна быть ракета.
Должно быть, это «Аполлон-10» входит в атмосферу.
И таким образом, экипаж «Аполлона-10»
провёл важную часть своей миссии,
доказав, благодаря трём бравым астронавтам,
что все системы работали исправно,
и нет причин тому, что человек не сможет
где-нибудь в начале июля
приземлиться на выбранном месте на экваторе Луны.
Они моряки в небе,
а то, что мы увидели и услышали сегодня,
делает простых моряков на земле
на самом деле приземлёнными.
Как сказал поэт, команда «Аполлона-10»
«прорвалась сквозь угрюмые узы Земли»,
и провела нас в будущее.
За последние пару часов
человечество стало ближе к Луне, чем за всю свою историю.
Прошло несколько пугающих секунд, когда…
Мам, что случилось?
Что случилось?
Ничего, дорогой.
Твой папа полетит на Луну.
Ладно.
Можно мне погулять?
Конечно.
Мы собрались сегодня,
чтобы поговорить о предстоящем полёте.
Но мы можем говорить о нём, благодаря
предыдущим полётам.
Каждый полёт имел новые задачи
и указывал на то, что нужно доделать.
Мы благодарны тем людям, которые сделали возможной
нашу сегодняшнюю встречу.
Хорошо, теперь мы ответим на несколько вопросов.
Джим.
Нил, когда вы узнали, что будете командовать полётом,
вы были удивлены? Рады?
– Мне было приятно. – Хорошо, но как бы вы сравнили
это чувство с выигрышем автомобиля
или тем фактом, что вас приняли на работу астронавта?
Мне было приятно.
– Брайан. – Нил, если всё получится,
то вы войдёте в историю.
Что вы думаете об этом,
когда наступает такой момент?
«Боже, предположим, что полёт прошёл хорошо…»
Мы планируем, что полёт будет удачным.
Я хотел сказать,
что вы думаете о… том, что станете частью истории.
Думаю, я могу кое-что сказать об этом.
Это ответственность,
но быть первым – волнительно.
Даже моя жена взволнована.
Она всё подкладывает украшения в мой противоперегрузочный костюм.
Собираетесь взять её украшения
– на Луну, Базз? – Конечно.
Какой парень не захочет
дать жене повод для хвастовства?
Нил, вы что-нибудь возьмёте?
Будь у меня выбор, взял бы побольше топлива.
Хорошо, следующий вопрос.
Я думала, ты поговоришь с мальчиками.
Что ты хочешь, чтобы я сказал?
А ты что хочешь сказать?
Это ты уходишь.
Ну, всё равно уже поздно. Они спят.
Нет, не спят, Нил.
Ты знаешь, что нет.
Почему ты не можешь с ними поговорить?
Что ты делаешь?
Собираюсь.
Нет.
Ты просто убиваешь время до того, как сесть в машину.
– Ладно. – Ладно.
Нил, мне нужно, чтобы ты поговорил с мальчиками.
Ты меня слышишь?
Поговори с мальчиками. Что ты делаешь?
Стой.
– Я еду на работу. – Что ж, остановись.
Просто остановись, хватит собираться!
Каковы шансы, что ты не вернёшься?
Каковы шансы,
что сегодня – последний раз, когда мальчики увидят тебя?
Ну, я не могу дать тебе точно число.
Да не нужно мне это сраное число, Нил!
Это не ноль, да?
Так ведь?
Нет.
Нет. Не ноль.
У Пэт нет мужа.
У её детей больше нет отца.
Ты понимаешь, что ты это значит?
Каковы шансы, что так же будет с Рикки и Марком?
И я не могу сказать им,
что их папа провёл последние минуты дома
за сбором чемодана!
Ты сядешь с ними обоими
и подготовишь их к тому,
что можешь не вернуться домой.
Ты это сделаешь.
Ты.
Не я.
С меня хватит.
Так что лучше начинай думать, что скажешь им.
Джимми спросил, что ты скажешь,
когда попадёшь на Луну.
Ну, мы не уверены, что попадём на Луну.
Многое должно пойти по плану
прежде, чем это случится.
Как долго тебя не будет?
Ну, мы вылетаем через десять дней,
проведём там восемь дней, а потом месяц в карантине.
Что такое карантин?
Мы будем в изоляции.
Это защита на случай, если мы…
подхватим какую-нибудь болезнь на поверхности Луны
или… что-то вроде того.
Не факт, что такое случится, но это просто мера предосторожности.
Так ты не сможешь прийти на мои соревнования по плаванию?
Нет.
Прости.
У кого-нибудь есть ещё какие-то вопросы?
Думаешь, ты вернёшься?
Мы уверены в этой миссии.
И, всё же, риски есть,
но мы твёрдо намерены вернуться.
Но можете и не вернуться.
Точно.
Ладно.
Ладно. Пора в кровать.
«Было предопределено,
что те, что полетят на луну, чтобы мирно её исследовать,
останутся на ней, чтобы так же мирно покоиться там.
Эти отважные люди, Нил Армстронг и Эдвин Олдрин,
знают, что нет никакой надежды на восстановление после случившегося.
Их семьи будут скорбеть по ним.
Сама мать Земля будет плакать по тем,
кого посмела отправить на поиски неизведанного.
Каждому человеку,
кто поднимет свои глаза ночью на Луну,
будет известно, что уголок
другого мира
будет вечно принадлежать человечеству.
До официального заявления президент позвонит
каждой будущей вдове.
Священник проведёт ту же процедуру,
что и с потонувшими моряками,
вверяя их души глубинам глубин.
Есть, что добавить?
Нет, звучит хорошо.
Готовность две минуты.
Готовность 20 секунд.
15 секунд.
Кабель-мачта отошла.
Двенадцать, одиннадцать…
Десять, девять…
Зажигание.
Подъём зафиксирован.
Режим один "Чарли".
Хьюстон, готовность к отделению.
Это контрольный центр «Аполлона».
Минутная готовность манёвра выхода на траекторию.
Работаем, 59: 59.
«Аполлон 11», ваша скорость
достигла 36 футов в секунду.
Вы покидаете Земную орбиту.
Принято.
Отсечка тяги.
Принято, 11.
Что ж, похоже на то, что вы на пути к Луне.
Понял, Хьюстон, мы готовы к отделению.
Майк, готов?
Теперь управление на тебе.
Можете переходить к PTC, когда вам будет удобно.
Хорошо, спасибо, Хьюстон.
Странно пахнет.
Будто горелой электроизоляцией.
Может, это просто выхлопы ракеты.
– Музыку с собой взяли? – Нет.
Держи, Базз.
Хьюстон, вы слышите?
«Аполлон 11», выходите на лунную орбиту.
И у вас будет хороший обзор
через пару минут.
Когда выпадет свободная минутка, сообщите показания
приборов по баку «Браво» с азотом, пожалуйста?
Бак «Браво» с азотом показывает
19-60, или как-то так.
Принято.
Только посмотрите на это.
Чёрт,
у меня тут продувка топливных баков,
слежу за автоматическим манёвром и…
Господи боже.
В норме, всё в норме.
Хьюстон, ожидайте автоматическую тревогу.
Нил, диктофон,
– знаешь, где он? – Не знаю.
Тут столько еды и всякого барахла,
– возьмёшь что-нибудь? – Нет.
Ладно. А что насчёт этой жвачки?
Хочешь?
Майк.
Возвращайся, ладно?
«Аполлон 11», это Хьюстон.
Дайте знать, когда пройдёте в модуль
и закроете люк. Приём.
Орёл, это Хьюстон.
Мы видим, что у вас включена оптика.
Перед тем как снимать, не забудьте
включить, выключить, а затем снова включить. Приём.
Орёл, это Хьюстон, сообщите нам,
когда лунный модуль был переведён на автономное питание,
а также подтвердите, что насос подачи гликоля включён. Приём.
Это Орёл. Насос включён.
– Принято. – Орёл, Колумбия.
Все 12 замков готовы.
– Готов закрыть люк. – Принято.
Включаю систему
управления расстыковкой.
Хорошо.
Расстыковка в
сто часов и 12 минут с момента старта.
– А что с зоной связи? – В сто часов и
16 минут.
Орёл,
следите за топливом посадочной ступени.
Время непрерывной работы двигателя ограничено 910 секундами.
Приём.
«Аполлон 11», это Хьюстон.. Мы готовы к расстыковке. Приём.
15 секунд.
Ладно, поехали.
Орёл, это Хьюстон, мы видим модуль.
– Приём. – Орёл отстыковался.
Понял. Ну, как там?
Орёл расправил крылья.
Он не держится.
Орёл, доложите о состоянии. Приём.
Мы должны доложить об этом.
Давайте готовиться к посадке.
Хьюстон Орлу.
Начинайте манёвр.
Понял. начинаем.
Нет данных по высоте. Нет данных радара.
Давайте продолжать.
Продолжаем.
Один.
Ноль.
Зажигание.
Сбой системы.
– Что за 1202? – Я не знаю.
Хьюстон, у нас код ошибки 1202.
Принято. Можно садиться с этой ошибкой, продолжайте.
Та же ошибка.
Принято. С этой ошибкой можно садиться, продолжайте.
– Так, 3000 на 70. – Понял. Принял.
– Сбой системы. 1201.
Принято. 1201
Тот же тип. Продолжайте.
Довольно каменистый участок.
Эти валуны размером с машину.
Мы не сможем сесть там.
Давай на ручное.
Снижаемся до 30.
Следи за топливом.
330.
300 футов, три с половиной вниз.
Топливо на восьми процентах.
Радар снова потерял сигнал.
160 футов, шесть вниз.
Пять с половиной футов вниз, девять вперёд.
Низкий уровень. Низкий уровень
120 футов.
Топливо на пяти процентах.
Осталось 94 секунды.
На 114 обратный старт.
Вниз на половину. Шесть вперёд.
Готовность на 60. Приём.
60 секунд.
40 футов, вниз два с половиной.
Готовность 30.
– 30 секунд. – Вперёд.
20 футов, вниз на половину.
Слабая тень. Вперёд
ещё немного.
Есть контакт.
Выключаю.
Принято, Орёл, вы сели.
Хьюстон…
У нас всё спокойно.
Орёл прилунился.
Принято, всё спокойно.
Вы на поверхности.
У нас тут пара человек посинели, забыв как дышать.
Но теперь мы вспомнили. Спасибо вам.
Спасибо.
Очень плавная посадка.
Ладно, Нил,
мы видим, как ты спускаешься по лестнице.
Ладно, я просто проверил.
Возвращаюсь на ту первую ступеньку, Базз, она…
Она немного не достаёт до поверхности,
но подняться можно.
Принято.
Придётся неплохо подпрыгнуть.
Базз, это Хьюстон.
F-2, при фотографировании
выдержка одна сто шестидесятая секунды.
Хорошо.
Я у подножия лестницы.
Опоры модуля
вдавлены в поверхность
всего на один-два дюйма.
Хотя поверхность кажется
очень-очень рыхлой, если приблизиться к ней.
Почти как пудра.
Или очень мелкий порошок.
Собираюсь спуститься с модуля.
Это один маленький шаг для человека…
…и огромный скачок для всего человечества.
Ладно, готов к моему выходу?
Пять, четыре, три,
два, один.
Зажигание.
Думаю, они никогда
не смогут нам это описать.
Так что мы никогда не узнаем.
И, быть может, это не та красота, которую можно передать
будущим поколениям.
Эти первые люди на Луне видели что-то,
что их последователи никогда не увидят.
Они заглянули в другой мир,
куда нам входи закрыт.
Боб Саймон на Трафальгарской площади
вместе с тысячами
наблюдал на большом экране
посадку «Аполлона 11» на луну.
Обычный человек воспринимает полёт «Аполлона 11»
почти как своё личное приключение.
Количество зрителей
исчисляется сотнями миллионов.
Возможно, более 400 миллионов посмотрели эту трансляцию.
Также огромное количество людей
слушали голоса с Луны по радио.
Никогда ещё так много людей
не следило одновременно за одним и тем же событием.
Поражает ли вас это событие?
Поражает, и не только меня, и я уверен,
что все в этой стране поражены.
Что вы об этом думаете?
Ну, надеюсь, придёт время,
когда мы все сможем полететь на Луну.
– Хотели бы слетать сами? – О, да.
Да я бы прямо сейчас полетел.
Думаю, это очень важный день.
Это исторический день для… и вся вселенная
обеспокоена посадкой на Луне.
Вы француженка,
– что вы можете сказать об этом? – О, думаю, что это чудесно.
Всегда верила в Америку и знала, что они не подведут.
А в Вашингтоне
неизвестный гражданин положил небольшой букет с запиской
на могилу Джона Кеннеди:
«Мистер президент, Орёл сел на Луну».
И действительно, в этот день, когда мы празднуем возвращение астронавтов,
нельзя не вспомнить ту речь,
которую наш 35-ый президент произнёс ровно семь лет назад.
«Если история прогресса
всех нас чему-то и учит, то её урок таков:
человек неустанно стремится к знаниям и прогрессу,
и его ничто не остановит.
Но многие скажут, почему Луна?
Зачем выбирать её в качестве цели?
Но они так же могут спросить: зачем взбираться на самую высокую гору?
Зачем нужно было перелетать через Атлантику 35 лет назад?
Зачем Райс играли против Техаса?
Мы решили покорить Луну.
Мы решили покорить луну…
Мы решили покорить Луну в этом десятилетии
и сделать многое другое
не потому, что это легко, а потому что трудно.»
Как вы себя чувствуете?
Вы счастливы?
Вы уже говорили с мужем?
Ваши дети хотят стать астронавтами?
Миссис Армстронг.
Ваши молитвы были услышаны?
Да, да, конечно.
Как бы вы описали полёт?
Ну, могу только сказать, что он был не от мира сего.
Спасибо.
Их продержат на карантине все три недели,
но признаков инфекции или заболеваний нет.
Мои поздравления.
Переведено студией FOCS
Над переводом работали: Ирина Балашова, Александра Кизил, Лера Рабченюк, Данила Эльфон, Екатерина Соболева и Анна Лось.